Милая нагиня в последнее время начала переходить на моду гаргульи. А я вот наоборот, наговские наряды и платья с нижней юбкой и верхней накидкой просто сводили меня с ума.
Увидав Гейба, девочка кинулась в его объятия.
Брат же не удержал довольной улыбки на лице, осторожно подхватив девчонку за подмышки, закружил ее вокруг себя. Наконец отпустив ее на ноги, Гейб оставил короткий и целомудренный поцелуй на ее гладком и белом лбу.
Только после этого юная нагиня обратила на меня свое внимание. Смущенно покраснела и даже попыталась немного отойти от своего жениха, но Гейб ухватил ее за руку, не позволив этого сделать.
- Добрый день, барышня Марианна.
- Добрый день. - Улыбаюсь ей открыто. Мне безумно радостно на душе оттого, как эта малышка из мрачного и побитого цветочка опять обретает силы и распускает нежные лепестки. У нее округлились щечки, заискрились глаза, улыбка чаще появляется на молодом личике. А движения потеряли скованность, Инара будто не ходила, а танцевала. - Прекрасная прическа.
Делаю ей комплимент, оценив по достоинству высокую прическу и белые бантики с жемчужинами, прикрепленные меж кудрями. Та смущенно поправляет прическу и благодарит.
- Искренне благодарю. Вы, как и всегда, обворожительны.
Указываю на корзинку со сладостями в моей руке.
- Ну что ж, идемте пить чай?
- Да, разумеется. Мужчинам же есть о чем поговорить.
Она с сожалением покидает объятия Гейба, которого молодой слуга сопровождает в кабинет Аникея.
Мы же с Инарой устраиваемся в ее комнате. Молодая невеста сама приносит поднос с изящным чайным сервизом из белого фарфора, обрамленный синими цветами. Наливает себе и мне. Мы достаем пирожные: маленькие корзиночки из слоеного теста, заполненные воздушным творожным кремом и посыпанные горячим шоколадом и свежими ягодами.
Болтаем о подготовке к их с Габриэлем помолвке, о подготовке нашей с Аникеем свадьбы.
Уже практически два месяца прошло, как с Аникея полностью сняли обвинения, и мы вернулись в Бегдар.
Знакомство с родителями тоже произошло в пути и успешно.
На второй день, как только мы добрались, отец, дядя и двоюродный брат Аникея с женой и детками прибыли в наш город лично познакомиться с будущими родственниками.
Это было очень волнительно, но, хвала богам, закончилось хорошо.
Вечер мы провели прекрасно. И совсем не чувствовалось напряжения, представители двух разных народов и чуждого друг для друга аристократичного круга сделали все возможное, чтобы не испортить отношения с будущими родственниками своего чада.
Косвенно я была знакома с отцом и дядей Аникея, про Салима вообще промолчу! Но вида ради пришлось еще раз познакомиться. Я же теперь Марианна Рене... Пока еще Рене...
А вот с женой Салима, Алисией, мне довелось увидиться лишь в тот вечер.
Красивая ведьма с острым умом, чувством такта и в меру ядовитой сущностью. В общем, идеальная пара для Салима.
Их дочки-близняшки, Тами и Ромина, и вовсе маленькие феечки!
Крошки в свои четыре покорили всю мою семью. А собравшись на коленках младших близнецов, Сэмми и Дэнни, потом ревели и не хотели оттуда слезать.
По итогу там и уснули, и уже почти братья отнесли их в гостевую.
Пусть Инара и не была представительницей серебряного рода, но, как старшие в семье Аникея, его отец и дядя подняли тему помолвки Гейба и Инары.
Все обговорилось и решилось...
Так все гладко прошло, что мне аж не верится.
Все подвоха жду.
Удара со спины...
Но уже два месяца мама меня гоняет нещадя, мы готовимся к нашей с Аникеем свадьбой.
Традиции запрещают нам видеться.
И это печально, но не критично.
Ибо, как говорит моя бабуля, если бы все чтили эти традиции, половины гаргульи просто не родилось.
- Ох, прошу прощения, мне надо выйти на минуту.
- Конечно-конечно.
В комнате Инары тоже есть ванная, но я специально иду в ту, что для гостей в конце коридора, рядом с личным кабинетом Аникея.
Там, промывая руки под проточной водой, прижимаю ладоши к горящим щекам.
Слышу, как скрипят половицы по коридору через приоткрытую дверь.
Брат умеет ходить бесшумно, но сейчас специально шумит, чтобы я услышала.
И я, не скрывая улыбки, выпорхиваю из ванной как раз в то мгновение, как Габриэлль исчезает за дверью, ведущей в комнату Инары.
Мягко толкаю дубовую дверь и проскальзываю в полумрак кабинета. Опираюсь спиной об гладкую древесину и даю себе мгновение, чтобы утихомирить бешеное биение сердца.
Он здесь.
Устало откинулся на спинку своего кресла головой и, прикрыв веки, ровно дышит. Кажется, будто спит, у Аникея такой уставший вид. Тени залегли под глазами. Изящная фиолетовая коса выглядит чуть встрепанной. Верхние пуговицы на сорочке расстегнуты, обнажив мощную грудную клетку мужчины, и я готова на него спящего любоваться вечность.