— Выключи свет! — Зашипела Марина. — Соседи! Кто-нибудь в туалет выйдет, и увидит!
— Сори. — Быстренько нажал на кнопку парень.
— Я подготовился, — смущённо сказал Максим Андреевич и достал из карманов шуруп, шпильку для волос, пластиковую карту, пару скрепок и связку ключей. — Я тут на ютубе насмотрелся роликов. Чем-нибудь получится открыть.
— Вы меня извините, Максим Андреевич, — фыркнула Марина, — но у нас нет времени на эксперименты.
— А что ты предлагаешь? — заступился за преподавателя Славка. — Дверь выбить? Я могу, на это много ума не надо. Вот только стоит ли такие улики оставлять?
— Дайте подумать. — Заявила Марина.
— Ты, Мариночка, думай, а мы с Вячеславом всё же попробуем.
Мужчины стали ковыряться в замке всем, чем только можно. Девушка же присела на корточки, прислонилась к забору.
Но ничего придумать не успела — подошёл один из ключей со связки.
— Надо же. — Обрадовался Макс. — Надеюсь, к замку на двери хаты тоже что-нибудь подберём.
Но навесной замок на входной двери дома, с виду совершенно обычный, оказался с секретом. Открыть нахрапом не получилось.
— Придётся окно вынимать. Хорошо, что здесь старые окна, они просто гвоздиками закреплены. Можно спокойно вынуть раму, а перед уходом сделаем всё, как было.
— Просто на гвоздях держатся? — Удивился Макс. — Так ведь дует же. А зимой как?
— А зимой вторую раму, внутреннюю, ставят. И ватой щели затыкают. Не заморачивайтесь, Максим Андреич, вам-то зачем? Такая система в нескольких домах осталась. Даже самые древние бабульки на пластиковые окна разорились.
Возле одного из окон настолько разрослась сирень, что его невозможно было увидеть ни с улицы, ни с соседних дворов. Туда и направилась троица. Едва скрывшись в зарослях, они услышали, как за забором, у одного из соседей, скрипнула дверь. Школьники и учитель затаились.
Потянуло сигаретами. Кто-то курил, покашливая и сплёвывая. Затем этот кто-то кашлянул в последний раз и ушёл в дом.
— Как-то мне не по себе. — Вдруг заявила Марина.
— Спокуха, Маня, это адреналинчик. Всё путём. — Заявил Славка.
Мужчины совместными усилиями стали расшатывать гвозди, удерживающие раму.
Когда последний гвоздик был передан Сычковой в карман, Слава и Макс вытащили раму и приставили её к стене. Чёрный оконный провал молчаливо ждал.
— Я первый, потом Марина, затем ты, Вячеслав. — Учитель подтянулся на руках, и уже почти проник в дом, как девушка вдруг взвизгнула:
— Стойте!
— А? — Макс обернулся.
Школьница молча дёрнула преподавателя за ремень. Тот едва удержал равновесие.
— Сычкова, ты чего?
— Слезайте, Максим Андреевич. — Не своим голосом сказала девушка.
Она опустилась на корточки, пошарила руками по земле, нашла какой-то камень и бросила его в дом. Внутри на миг вспыхнуло красным, камень с глухим чпоканьем разлетелся на мелкие кусочки.
Ошарашенное молчание нарушил Славка. Он икнул и сиплым голосом заявил:
— Здаётся мне, братухи и девчухи, мы пришли куда надо.
Глава 45
Ловушка оказалась одноразовой. Какое-то время непрошеные гости забрасывали в дом всё, что смогли найти у стены. Больше ничего не вспыхивало и не разваливалось на куски.
В конце концов, решились.
Маленькая комнатушка убранством напоминала старые советские фильмы. Книжные шкафы были забиты всевозможными книгами, на стенах висели какие-то фотографии, письменный стол в углу прятался под тетрадями и папками.
— Что искать будем? — Слава жаждал действовать.
— Что-нибудь подозрительное, — ответил Максим. Он включил фонарик и скользил лучом по обстановке.
— А комп с доисторическим монитором считать подозрительным? — Славка подошёл к компьютеру возрастом старше, чем он сам, и нажал на кнопку. Шикнувшая на него Марина волновалась зря — машина не отреагировала на включение.
— Не знаю. Ничего странного не вижу. Если бы не камень, который нас спас, я бы решил, что это просто дом интеллигентной, одинокой пенсионерки, — слегка разочарованно протянул Максим Андреевич.
— Не спешите. Я что-то чувствую. — Заявила вдруг девушка.
Макс решил, что забрасывать ученицу вопросами пока не стоит, хотя и очень хотелось. Нужно закончить квест «найди ведьму», а потом уже выяснять, как Сычкова почувствовала опасность и откуда знала, что делать. И что с ней происходит сейчас.
Слава, кстати, действиям сестры не удивился. Значит, парень в курсе.
А Марина встала посреди комнаты и закрыла глаза. От нечего делать Макс продолжил шарить фонарём по стенам и полу.
— Слава. — Вдруг прошептал Макс.
— Чего? — Вынырнул из книжного шкафа Коваль. Он листал старые книги — искал что-нибудь магическое. Пока нашёл только полное собрание сочинений Льва Толстого.
— Ты там был? — Луч осветил дальний угол комнаты. Везде пыль ровным слоем покрывала пол, но у стены виднелись чьи-то следы.
— Не дошёл ещё.
— Мы не здесь ищем. — Открыла вдруг глаза Марина. Она, словно сомнамбула, пошла к тому самому подозрительному углу и снова замерла.
— Марина?
— Не мешайте ей! — Прошипел Коваль.
Максим послушался.
Девушка медленно вытянула руку. Стена, оклеенная обоями в цветочек, пошла рябью и исчезла.
— Ну, Мань, ты ваще! — Выдохнул Славка.
Макс воздержался, хотя у него тоже были мысли подобного плана.
Девушка покачнулась. Славка подскочил и подхватил сестру.
— Вот. Нам туда. — Пробормотала Марина, и шмыгнула носом. Учитель с беспокойством увидел тоненькую струйку крови.
— На. Приложи. — Слава достал из кармана не слишком свежий платок и отдал девушке.
Их взору открылась комнатка не намного больше «официальной». Вот только обстановка здесь была совсем другой. Словно отреагировав на появление людей, сами собой зажглись несколько свечей. Фонарики стали не нужны.
Удивительного здесь было много. Например, кострище, над которым висел закопченный котелок литров на десять или деревянная ёмкость в углу, вызывавшая в голове ассоциации со ступой бабы Яги. Сходство усиливала швабра на длинной деревянной ручке, стоявшая рядом со ступой мохнатой частью вверх.
Деревянный массивный книжный шкаф с резными створками, забитый старыми книгами в кожаных переплётах, подпирал одну из стен. Стены, кстати говоря, представляли собой каменный монолит, словно комнатушка находилась где-то в пещере. Слава достал один из фолиантов и открыл на первой попавшейся странице.
Рисунок, который открылся взору парня, был примечательным — младенец, подвешенный вниз головой на каком-то крюке, истекал кровью в подставленный кувшин. Под рисунком надпись прочесть не удалось — язык оказался незнаком.
— Тьфу. — Славка повёл плечами, захлопнул книгу и торопливо засунул её на место.
— Там тоже кое-что интересное, — сказал Макс.
Напротив шкафа стоял низкий резной столик. На нём лежало несколько зеркал разных размеров, оплывшие огарки свечи, россыпью валялись какие-то самоцветы, сушёные травы, короткие и длинные верёвочки, перья птиц и череп. Биолог слёту определил, что лошадиный.
— Ну и бардак. Как у Ирки Марушкиной на кухне, — заявил Коваль.
— Ты не прав. Тараканов не хватает для полного сходства. — Марина подошла поближе и стала рассматривать «натюрморт». Она сама не знала, что ищет. Потом приподняла глиняное блюдце и вытащила из-под него несколько фотографий.
Максиму стало жутко. Фотографии были не очень хорошего качества, словно сделаны стареньким мобильным телефоном. Но лица узнавались.
Марина; Ира Марушкина; девушка, которая сейчас училась бы в десятом классе, если б не поступила в колледж; одна из восьмиклассниц; дочь бизнесмена, который пару лет назад построил в Яблоневке добротный коттедж. Девочка училась в областном лицее, в каком классе, Макс не знал.
— Что за девичник? — Вытянул шею Славка.
— Без понятия. — Ответила Марина.
— На стенах тоже фотки, посмотрите. И рисунки.