— Потому что он умеет хранить секреты.
— Нам это весьма кстати, — Рейчел улыбается и они прерываются на глубокий поцелуй.
«Хотя бы не подкаты в стиле “Твои родители хлеб?”».
Мысль какая-то слишком инородная, но на более связные внутренние монологи Рейчел уже не хватает. В противовес твердой неровности столешницы вода обволакивает и ласкает, новые фантазии наводняют сознание и ярко освещенная ванная комната меркнет, по сравнению с ними. Воспоминания сплетаются с новыми движениями и завершают свой круг с громким выдохом девушки.
Майк деликатно помогает даме оправить платье и еще раз целует ее в плечо.
— Только секс и ничего больше, окей? — перед выходом из комнаты уточняет Рейчел, — вышли за дверь и забыли об этом.
— Конечно, — все с той же вежливой улыбкой кивает Майк.
«Кажется, Рейчел, ты обыграла сама себя. Если я хотела это забыть, то полчаса в ванной следовало посвятить каким-то другим занятиям».
____________________________________________
Год нашей весны, перед эпилогом
______________________________________________
— Я так рада тебя видеть! — Марьяна начала фразу еще на пороге, а последнее слово досталось скорее плечу Дика, чем ему самому.
— Ты где была? — вместо приветствия проворчал парень.
— Я была? — возмутилась Марьяна, и, упершись руками в грудь собеседника, отстранилась, — Это ты пропал на все лето! Все лето я отчаянно скучала, а ты не появлялся даже в сети, а потом у меня началась преддипломная практика, и скучать стало некогда.
— У меня были дела, — в ответ огрызнулся Дик, медленно и словно неохотно разжав объятья.
— Мог бы хотя бы написать!
— Я написал.
Строго говоря, сделал он это только после того, как убедился, что застать Марьяну в «Джеки Френдс» не получается: весь сентябрь заходил в клинику каждую субботу, а до середины октября — и в воскресенье тоже.
Марьяна сделала над собой усилие и не стала считать дни, проведенные порознь и нервы, истраченные после того, как Дик неожиданно исчез, едва с него были сняты обвинения.
— А я пришла, — тихо сказала она, снова протягивая к нему руки.
— Сумасшедшая, — откликнулся Дик, с облегченным выдохом порывисто обхватив ее в ответ, — по первому зову явиться в гости к малознакомому мужику…
— Ты задушить меня решил, — хихикнула слишком сильно прижатая девушка, — чего мне бояться? — она улыбалась, всё ещё прижимаясь лицом к его плечу и вдыхая знакомый запах.
— Я могу сделать тебе больно…
Девушка замешкалась, не зная, как ответить и объятия ослабли — Дик отпустил руки, чтобы она могла отстраниться.
Марьяна, наконец, решилась и выдохнула теплый воздух ему в ключицу, заставив вздрогнуть от неожиданности. Потом легонько поцеловала, чуть выше, в оголенную шею, потянулась к уху и едва слышно прошептала.
— Я, конечно, не могу похвастать большим опытом в этих делах, но уверена, что нам обоим будет хорошо.
Свои слова она закрепила уже менее целомудренным поцелуем, проведя кончиком языка по заметно пульсирующему участку кожи вдоль кадыка.
Дик уже дышал так, как будто только что вынырнул из воды, а после этого еще и тяжело сглотнул.
— Я ж сказал, сумасшедшая, — восторженно шепнул он, аккуратно придерживая спину Марьяны левой рукой, а правой зарываясь ей в волосы и прижимая к себе.
Руки девушки поглаживали его торс и плечи, согревая и покалывая иголочками возбуждения. Поцелуи в шею постепенно добрались до лица. Чуть приподнявшись, она нашла его губы, поцеловала аккуратно, будто пробуя, потом чуть смелее... но он скомкано, рвано, отстранился, будто бы, чтобы переключиться на ее шею.
— Я не похожа не него, да? — и несмотря на недоуменный взгляд, продолжила, — Я другая, Ричард. Я… не буду заменой. Но я здесь. Будь со мной, пожалуйста, не надо воспоминаний.
— На кого? Он старался не смотреть ей в глаза. — Ты что-то усложняешь. Будешь чай?
Марьяна помотала головой, а потом решительно разулась и потянула парня в его собственную спальню.
— Иди сюда, — он подчинился и сел рядом. — Я очень тебя ждала.
Дик ничего не ответил и девушка тоже замолчала, уткнувшись носом ему в грудь, просто сидела рядом, крепко зажмурившись.
Дик погладил ее спине и она прижалась еще крепче. Рука парня ласково прошлась по волосам. Марьяна неопределенно одобрительно муркнув, провела пальцами по его груди и откинулась на кровати, приглашая лечь рядом с ней.
— Глупая, — сказал Дик.
— Я знаю, — ответила Марьяна, — но я тебя люблю. Ты мне веришь?
— Верю, — помолчав, ответил Дик и блаженно зажмурился, когда пальцы девушки снова оказались под его футболкой.