— Мне повторить?
А меня прям трясет от злости. Какого он тут раскомандовался?
— Мне вообще-то спать пора, у меня режим.
— Надо было думать об этом, когда в клубе своим тощим задом вертела, — с такой неприязнью выплевывает, что меня это задевает.
Какое ему дело? А, понятно, какое! Решил перед Волковым выслужиться? Бесит, что это я папина гордость? Все ясно. Маленького мальчика обделили вниманием.
Что ж, я соберу, не проблема. Но только потому, что не хочу, чтобы этим занимался с утра пораньше папа, вместо того, чтобы ехать на работу.
Смотря ему в глаза с вызовом, чтобы показать, что я не прогнулась, а просто сама так решила, опускаюсь на колени и начинаю складывать капсулы обратно в баночку, чтобы потом все это дело выкинуть в мусорку. Ладно хоть там полбанки всего было, а в шкафу стоит еще не распечатанная упаковка, так что все в порядке.
— Доволен? — бросаю банку в мусорное ведро.
И, демонстративно виляя своим тощим задом, покидаю кухню.
— Козел! — почти неслышно бросаю, но у этого гребаного музыканта еще и слух, оказывается, идеальный.
— Звездец тебе, Светлова!
Ой-ей!
Кажется, пора делать ноги.
Срываюсь с места и на пятой космической несусь к лестнице. По ступенькам взлетаю подобно реактивному самолету, но этот кретин еще быстрее, спринтер, хренов. Влетаю в комнату, но дверь захлопнуть не успеваю. Зато ее захлопывает Ярослав. За собой.
Он прет на меня, как бык, раздувая ноздри. Мамочки, подумаешь, козел, чего так злиться-то? Чем это животное всем не угодило? У него и шерсть пригодная, и молоко дает. А, нет, козел не дает. У него и рога есть. Блин, тоже не комплимент, да?
— Яр, не подходи, — с опаской пячусь от него.
— Поздно, рыбка моя, поздно!
Глава 8
(Ярослав)
Сижу себе спокойно в кухне, никого не трогаю, допиваю кофе. В наушниках заново переписанный трек. Норм, кстати, получился, заказчики оценили. Дали добро на следующий. Игра популярная, так что денег подкидывают тоже нехило так. Но все равно не предел, хочу попробовать и киноиндустрию. В общем, дело прет. И меня от него тоже.
От кайфа собственной музыки прикрываю глаза на пару секунд, а когда открываю, перед моими глазами полуголая задница Ли в кружевных трусиках. Давлюсь то ли воздухом, то ли слюнями. Закашливаюсь. Охренеть просто.
Вот же скумбрия недоделанная! Какого Баха она тут торчит, еще и в моей футболке? Меня даже подрывает на месте, как на фугасе. Аж мелкие куски по полу летят. А, нет, я жив, это Лида уронила какую-то банку с капсулами.
Вроде быстро реанимируюсь, но чтобы она этого не заметила, решаю немного прогнуть ее и заставляю собирать.
— Мне повторить? — пресекаю ее наглую попытку слинять. Ага, щас прям, еще чего удумала.
Жалеть ее не собираюсь, пусть поползает по полу. Глядишь, спесь поугаснет. Вот только не ожидал я, что жалеть теперь не ее надо. А меня. Потому, что этот выстрел я пустил себе сам, прямо в висок.
Стоя в моей футболке, с голыми ногами, и глядя мне прямо в глаза, Ли медленно опускается передо мной на колени. Под мою же музыку, которая все еще играет в одном ухе. Твою ж мать!
Стоит что-то объяснять?
— Доволен? — язвительно лопочет, швыряя банку в мусор.
Не то слово. В штанах тоже все радостные такие, звенят.
И если бы Ли сама не слиняла, то ретироваться пришлось бы уже мне. И она даже прошла мимо, но последней каплей стало ее “Козел”.
— Звездец тебе, Светлова!
Догнать и наказать. Жестко.
Захлопываю дверь в комнату и сканирую Лиду взглядом. Та тяжело дышит, грудь вздымается, волосы растрепались и липнут к ее приоткрытым губам.
— Яр, не подходи, — умоляющим голоском. А чего так? И даже имя мое вспомнила, уже не козел.
Однако, все:
— Поздно, рыбка моя, поздно!
Загоняю ее в угол словно хищник добычу. Скручиваю руки и валю на пол. Ничего, потерпит, там коврик мягкий.
Пытается возмущаться, вырываться, но бесполезно. Сажусь сверху и задираю футболку. Отвешиваю ей смачный шлепок по упругому полушарию. А потом по второму. Наклоняюсь, придавливая своим весом, и почти касаюсь губами ее уха.
— Довольна?
А она так тяжело дышит подо мной, что меня самого кроет. В башке уже не биты, не басы, а воет сирена и мигает все красным. ВНИМАНИЕ! ПРЕДЕЛ ДОСТИГНУТ!
Но она же Светлова, черт ее дери! Наглая, самодовольная, язвительная, сопливая девчонка, на которую я не должен так реагировать. Но мое тело с этим соглашаться наотрез отказывается. Ведь она сейчас полуголая подо мной. Я чувствую все ее изгибы и выпуклости. И мои методы не спасают, это как тушить огонь бензином.