Быстрым шагом скрываюсь за воротами и шагаю домой с одним лишь желанием – поесть и закрыться в комнате.
Бросив рюкзак в прихожей, сразу решаю свернуть на кухню, чтобы потом не спускаться. А оттуда так пахнет! Папа Андрей не готовит. Еся приехала? Она бы позвонила. Вхожу, а там Беснило сидит и с аппетитом наворачивает жареную курицу с картошкой. Урод!
Молча достаю из холодильника куриную грудку и ставлю на плиту варить гречку. Замечаю, как Ярослав морщится, наблюдая за мной.
— Угощайся, — кивает на свою жареную в масле курицу с картошкой.
— Я на диете, — сажусь за стол и нарезаю себе овощи.
— Зачем? Ты и так худая.
Спасибо, блин, а то я не знаю. На удивление он раздражает, но я не злюсь. Даже отвечаю, надо же просветить такого недалекого, как Яр.
— У меня спортивная диета. Режим и сбалансированный рацион. И впредь попрошу мою еду из холодильника не брать. Она в отдельных контейнерах, понять не сложно.
— Не больно-то и хотелось, дрянь редкостная.
Дрянь, которую он в прошлый раз все же сожрал.
Стараюсь не смотреть на Ярослава и молча ем. Он же снова надевает свои наушники и что-то там тыкает в планшете. Но как на него не смотреть? Да, он бесит, и у меня есть парень, но у Ярослава такая внешность, что ты смотришь просто потому что она необычная, цепляет взгляд. Это как, например, увидеть в стае серых волков черного. У Яра светлая кожа, но черные глаза и темные волосы на контрасте, четко очерченные скулы, подбородок, по мужски резкие черты лица.
Засматриваюсь и не сразу замечаю, что Ярослав перевел взгляд на меня. Вздрагиваю и, как дура, подскакиваю. Бросаю тарелку в мойку и сбегаю в комнату. В ту, которая уже больше года, как моя. И пусть он не рассчитывает, что вернувшись, получит какие-то привилегии. Я буду отстаивать свои границы. Пусть он сам сваливает в гостевую.
Но на моем стуле висит его толстовка. Ладно, хватаю ее и иду в гостевую комнату. Бросаю ее там на кровати. Я же сказала, что не отступлю.
Глава 4
(Ярослав)
Волков попросил забрать эту язву со спортшколы. И когда она такой стала, что за метаморфозы? Помню ее милой девчонкой, которая страдала от того, что ее родители фанатики. Мне ее чисто по-человечески было жалко. Поэтому периодически разбивал костяшки о тех, кто пытался ее задирать. Я учился в одной школе вместе с Ли, поэтому иногда торчал после уроков возле входа, чтобы проводить ее до дома. Короче, мы типа дружили, даже как-то в клуб вместе ходили, правда мне тогда самому еще не стукнуло восемнадцать, хотел казаться крутым. А сейчас смешно даже.
Все изменилось. Резко, когда старшего брата пустили под пресс. Я тогда в шоке был, мы не знали даже выживет ли он. Короче, как только состояние стабилизировалось, Волков принял решение отправить Рому на лечение в Германию. Сам он поехать не мог, а так как родственников у нас больше нет, поехал я. В ночь собрал шмотки, и на самолет. Успел лишь тупо кинуть сообщение Ли, что уехал. Больше она на связь не выходила.
Брат через год вернулся в Россию, а я нет. У меня учеба, поперла работа, вот и закрутилось, пришлось остаться еще почти на год. Потом от брата узнал, что Ли живет у Волкова, все же они с сестрой сбежали от родаков. Даже порадовался за нее. Видимо, зря. Она была милой, а сейчас просто исчадие ада какое-то. С порога бесить начала, как только вернулся.
Вот сижу на лавке, возле бассейна, и наблюдаю за ней, простое любопытство. Вроде с виду все та же красивая девчонка, а внутри полна яда. Видимо, на этом топливе она и финиширует, когда тренер называет ей какие-то цифры. Ли улыбается, а я зависаю на ее все той же искренней чистой улыбке. Но потом она замечает меня и меняется в лице. С таким презрением смотрит, словно я ей косарь должен и не отдаю второй год. Рыба фугу, ей богу!
А тут еще этот Шурик падает рядом на лавку, словно мы друзья. На деле же мерзкий, как слизняк. Сивый, зализанный, жуть.
— Привет, родственник, — улыбается мне и тянет руку.
— Чего? — охреневаю от такого заявления. — Хлорки что ли нахлебался?
— Какими судьбами тут?
— За Лидой приехал, — бросаю и гашу своего внутреннего беса. Пытаюсь не быковать, в общем. Но очень хочется. Но я ж тоже уже не тот пацан, который за любой кривой взгляд сразу в морду бил. Я цивилизованнее чуть-чуть стал.
— Да? Зря тачку гонял, — с ложным сожалением поджимает и без того тонкие губы. — Я сам могу отвезти свою девушку.
Какого-то черта закипаю. Терпеть не могу, когда меня задвигают. Но тут реально по делу, раз он ее парень. Однако просьбу Волкова я все же намерен выполнить. Поэтому как только Ли выходит, киваю ей на тачку, чтобы прыгала. А в ответ с презрением:
— Я с тобой не поеду! — воротит свою смазливую мордашку.