Вечеринка уже в самом разгаре. Парни пришли больше повеселиться с девушками, не удостоив его даже элементарным приветствием. На ура хлещут пунш из огромной будто бы бездонной тары. От них не отстают и девицы, хвастающиеся друг перед другом новыми брендовыми шмотками и украшениями, соревнующимися в дороговизне вещей.
Угнетает ли Колда тот факт, что его на собственном празднике не замечают? Конечно нет, ведь у всех здесь своя роль. Все это сделано, чтобы после привлечь внимание того, кто ему по-настоящему интересен. Пусть все эти люди веселятся, пока могут.
«Раз свинка, два свинка...» - переводя ничего не выражающий взгляд с одной девушки, на другую, а после на дурачащегося парня, Тео ведет счет, - «Три свинка, четыре свинка...»
И сбивается, заслышав позади себя хорошо знакомый девичий голос.
Она тоже пришла.
Объятья уже не вызывают отторжения. Эта привычка Дженнифер не спрашивать разрешения и делать все, как она считает нужным - всегда раздражала.
- Спасибо, - дарит ей ответную улыбку, разглядывая необычный, почти невинный образ. Впрочем, почему почти? Дженнифер никогда не была замечена с кем-то в настолько близких отношениях. Ее могли обнять, коснуться губами щеки. Но не больше.
Утягиваясь вглубь дома, Колд все также слабо улыбается на этот вопрос-не вопрос от Андерсен.
Конечно же он за ней поухаживает. В обязанности хозяина дома входит следить, чтобы все гости попробовали пунш...
- Сегодня ты особенно красива, - он редко говорит что-то подобное, наливая в пластиковый стаканчик ярко-розовый слегка алкогольный напиток, после протягивая его подруге детства.
Сегодня можно сделать даме комплимент. Сегодня можно быть милым с остальными. Сегодня можно быть более терпеливым к гостям мужского пола.
Что такого особенного в сегодняшнем дне? Ну, наверное то, что никто из гостей его не переживает. И даже малышка Дженнифер. О, ее он особенно искусно изрежет, после того, как Андерсен уснет, как и все остальные собравшиеся, напившись его особенного пунша.
Что ж, остается только ждать. Но он и так долго ждал. Потерпит еще немного.
Дженнифер
Дженнифер не видит зла. Эта её особая способность сохранилась с детства - когда укорять грешников (или саму себя) не к месту, она слепа словно новорожденный котенок. Все эти неявные признаки, все лицемерные улыбки и натужная вежливость, обращенные не к ней, конечно, но к Тео, игнорируются с завидным мастерством. Кто-то заподозрит злой умысел, кто-то - непроходимую глу... наивность. И только некто из глубин точно знает, что данное расстройство пускает корни куда глубже. Магия, позволяющая Дженни оставаться незапятнанной и невинной. Тонкий и уязвимый слой на самой поверхности, скрывающий омерзительные нарывы скверны, порочности, гнева.
Ах, если бы Андерсен могла бы быть собой, собрав воедино все свои жуткие качества. Внешне глуповатая и невинная, хладнокровная и одаренная незаурядным интеллектом внутри, и невообразимо жестокая, сумасшедшая, кровожадная почти на самом дне черной души. Возможно, кто-то, кто находился рядом с ней столько лет, признал бы в ней достойного внимания хищника, а не надоедливую и вечно лезущую не в своё дело навозную муху в облике трогательного мотылька. Одной из трех не было достаточно, это ясно, как день.
Если бы. Тогда бы, быть может, они с Тео не были бы одиноки и нашли общий язык.
Мертвая суть Дженнифер зарыта так глубоко, насколько это вообще возможно. Дьявол, которому едва исполнилось пять, безмолвно застыл утонув в пролитой крови и трепетно обняв давно иссохший, испитый до дна труп. В подземном и незримом алом озере. Ядро, исток всех бед, настежь открытый раной лишь безумной Королеве.
Милашка Дженни, раздаривающая улыбки и свет, Дженни, неоправданно жестокая с единственной сестрой, Дженни, самая фальшивая и трусливая - не заслуживает внимания, какое к ней проявляет Тео. Быть может именно это глубинное, неосознанное понимание, вынуждает реагировать на неожиданный комплимент смущением и румянцем. Произнеси такие слова кто угодно другой, девушка ответила бы привычной улыбкой и блеклым "спасибо".
Не тот случай.
- Редко от тебя услышишь подобное, спасибо, - пряча явную озадаченность за принятым стаканчиком с пуншем, Андерсен делает глоток. Приятное тепло разливается от горла и глубже, местами щипая пузырьками. Смеясь странным ощущениям, рыжая льнет к Колду. - Какой необычный вкус. Это какой-то особенный рецепт? Ты сегодня превзошел самого себя. Такой молодец, - обращаться к сверстникам, как к детям, дурная привычка. Но это уже не стоит внимания, когда легко поддающаяся опьянению девушка, слишком быстро даже для себя, чувствует характерную муть в голове и слабеет на плече у друга.