«В нашей Президентской семье, следуя заложенным Порядком принципам равенства, мы предоставляем супругам полную экономическую независимость».
По мысли Дэйва, данная фраза должна особенно ярко продемонстрировать, насколько выше и благороднее он своих новоприобретенных родственников.
‑ Дом, прочитай вслух весь текст, ‑ скомандовал Хитвол. В очередной раз послушав написанное, спросил:
‑ Каково твое мнение?
‑ С юридической точки зрения, написанное письмо соответствует пунктам правил Порядка.
‑ Я понял, понял. Как тебе… ‑ Дэйв замялся.
‑ Если вы хотели поставить адресата в тупик, заставив выбирать, что это: благородный шаг и демонстрация уважения к жене и её семье или завуалированное желание показать их более низкое положение в обществе, ‑ вам почти удалось, ‑ вынес вердикт Дом.
‑ Почти… ‑ задумался Дэйв. ‑ А где перечень имущества, вошедшего в приданое Элеоноры?
На столе возник запечатанный конверт. Дэйв с изумлением повертел его в руках.
‑ Вот это да! Любители старины. На бумаге. В конверте. Кем они себя вообразили? Аристократы нашлись…
‑ Может быть, ваши родственники стремятся продемонстрировать уважение? ‑ предположил Дом.
‑ Уважение… Да что ты! Мнят себя знатью. На одну доску со мной встать хотят.
Дэйв задумчиво разглядывал конверт. Внезапно созрела идея.
‑ Дом, слушай. Моё письмо напечатай на бумаге с родовыми гербами. Приложи к нему конверт, ‑ Дэйв кивнул на список приданого, ‑ не распечатывая. Отправь с роботом-курьером. Когда будет доставлено, сообщи дяде Василию: я выполнил его поручение, установил контакт с Давыдовыми. Я пошёл спать.
‑ Простите, вы не ознакомитесь со списком приданого?
‑ Нет. В этом и есть весь шик, болван. Исполняй.
Дэвид Хитвол. Хитволы.
Хитволы, являясь по происхождению второй семьёй в государстве, по системе внутриклановых отношений существенно отличались от прочих знатных родов. Подавляющая часть фамилий имела чётко персонифицированного лидера. Определялись они по-разному. В некоторых закрепилась наследственная передача от отца к старшему сыну, у других ‑ старейшему по возрасту, какая-то группа практиковала выборность, где члены семьи имели равные возможности. Так сложилось, что Хитволы не соответствовали ни одной из описанных схем. У них формального вождя не было никогда. Кто-то всегда выделялся естественным, так сказать, путём, то есть достижениями на службе, богатством и прочим, и на него ложилось бремя поддерживать остальных. При наличии определённых минусов в такой структуре имелись и плюсы. Хитволы успешно избегали поголовной ответственности за действия старейшин. Если прочие кланы, случалось, целиком исчезали с лица земли, расплачиваясь за ошибочно выбранную позицию при очередной политической заварухе, то Хитволам подобное не грозило. Они ухитрялись присутствовать по разные стороны баррикад, и победившие спасали от наказания родственников, оказавшихся в стане проигравших. Хитволы напоминали рыбий косяк: вроде и нет вожака, а организация есть. Кого ни проглоти, остальные всё равно уцелеют. Хронологически сперва среди потомков первого Хитвола преобладала ветвь его старшего сына. Её представители и главенствовали над прочими. В период гражданской войны времен Третьего Президента эти Хитволы пострадали более других, и неформальное лидерство переходило от одного члена рода к другому в зависимости от обстоятельств. Младшая ветвь, к которой принадлежал Дэйв, пошла на подъём с его прадеда. Михаил Хитвол начал карьеру как многие, с Академии Истории, однако в учителях не задержался и, проработав четыре года городским Историком и номинально оставаясь числиться в запасе, предпочёл уйти в бизнес. Здесь он чувствовал себя в родной стихии, а стихией было мутное время начала Четвёртого Президентства. Михаил весьма преуспел в деланье денег на государственных заказах, спекуляциях в условиях всеобщего дефицита и особенно в прикарманивании «бесхозного» имущества проигравших сторонников оппозиции. Надо отдать ему должное, осуществлял он свои аферы красиво, меру знал, из грязных дел всегда уходил чистеньким и не забывал о родне. Клан передал ему управление общим состоянием и не прогадал. Своим детям Михаил подобрал весьма выгодные брачные партии, и его потомки превратились в бесспорных лидеров рода. Игнат и Василий выдвинулись на первые места уже благодаря службе, и братья стали признанными вожаками. После женитьбы Игната на внучке Пятого Президента появившийся на свет мальчик априори превратился в потенциальную надежду знатнейшей семьи. В восемнадцать лет Дэвид унаследовал огромное состояние матери и, если прибавить сюда будущее наследство от отца и дяди, становился богатейшим человеком планеты, опережая даже своих царственных кузенов и уступая лишь самому Президенту и его сыну.
История. Четвертый Президент.
Не трогая основы Порядка, Четвертый Президент привел в систему некоторые положения. Новая статья констатировала завершенность основной борьбы за Правильного гражданина и декларировала равенство и свободу жителей Земли. Согласно статье, всякий человек пользуется Правильным гражданским правом. Специально подчеркивалось, что граждане одинаковы, нет никаких перво- или второсортных. Права Порядка не распространяются лишь на выродков, уродов, ублюдков и мутантов. Наконец-то дали чёткие определения понятий. Категории выродков и уродов сохранили традиционное толкование. Категория ублюдков включила в себя незаконно и искусственно рожденных, категория мутантов ‑ лиц с генными изменениями и приравненных к ним. Все четыре подвергались исключению из Правил Порядка и в результате теряли собственность на имущество, как если бы гражданин умер.
К имуществу граждан относились и дети в возрасте до шестнадцати лет. Отец и мать, недовольные поведением ребёнка, могли отправить его в воспитательный лагерь на срок до одного месяца. Требовалось только уведомить местного Историка. Решение о наказании должно приниматься сообща; если один из родителей против, наказание невозможно. Сыновья и дочери, не достигшие двадцати одного года, не имели права вступать в брак без согласия их отца и матери. Родители же могли сами выбрать им пару и оформить брачный контракт, согласовав кандидатуру с местным Историком. Ребёнок обязан подчиниться, в противном случае исправительный лагерь на два года и пожизненное лишение прав на создание семьи. Развод запрещался. Лишить детей наследства невозможно. Внебрачные дети автоматически признавались ублюдками. Правила декларировали половую самодисциплину и призывали к соблюдению нравственности.
После бурной эпохи Третьего Президента имущие граждане требовали закрепления своих прав на сохраненные или приобретенные богатства. Теперь статья Правил гласила: «Собственность есть право пользоваться и распоряжаться вещами абсолютным образом, с условием, что пользование не противоречит Правилам и не ведет к нарушению Порядка. Собственника нельзя принуждать к уступке своей собственности, если это не делается для общественной пользы или за правильное и предварительное возмещение. Собственность на землю включает в себя собственность на то, что находится сверху. То, что находится внизу, под землей, принадлежит народу, и для разработки оного требуется особое разрешение».
История. Пятый Президент.
Правление Пятого Президента выдалось не самым продолжительным, зато ознаменовалось целым рядом реформ, сделавшим его весьма популярным в народных массах. Изменения носили несколько сумбурный, неглубоко продуманный характер, однако делались от всей души. Эту искренность в желании улучшить жизнь своих подданных быстро почувствовали граждане и отвечали Президенту беззаветной преданностью. С годами образ и поступки руководителя обросли легендами и домыслами, превратив его в фигуру, почти священную для последующих поколений. Если разбираться по сути, Пятый Президент не задумывал и не сделал многого из того, что ему приписывали, но и осуществленного оказалось достаточно для придания мощного им-пульса развитию общества и решению накопившихся за десятилетия проблем.
К моменту вступления в должность будущего реформатора система вползала в период очевидного кризиса. Прикрываться дальше лозунгами сохранения достигнутой стабильности стало невозможно. Под всеобщим внешним смирением крылось растущее недовольство, грозящее вылиться в очередной этап хаоса. Историки с мест докладывали о падении авторитета властей, растущем нигилизме и участившихся открытых выступлениях, иногда перерастающих в массовые беспорядки. Дальнейшее «закручивание гаек» уже не помогало. Приходилось увеличивать численность Корпуса Десанта, но, хотя солдаты и подавляли волнения, их лояльность также не была бесконечной.