Расследование.
‑ Боюсь, он не тронет мальчишку. Ваша информация поможет крепче держать его на поводке, и всё, ‑ сказал Курин.
Хлой как-то невольно проболтался городскому Историку о сделанном открытии (слишком сильно распирало чувство мести). Теперь Гарольд жалел о несдержанности.
‑ Вы ведь не знаете точно, чем он там занимается. Что за поручения Хитвола выполняет. Именно в этом суть.
Техник призадумался. Курина он слегка недолюбливал. Выскочка и карьерист. Молод, без образования и уже на высоком посту. Однако умный, и сейчас он, пожалуй, прав.
‑ Да, наверное, приторможу. Следует обмозговать детально.
‑ Заключим союз? ‑ предложил Курин. ‑ Я сообщу вам, если замечу подозрительное, ну, и вы соответственно?
‑ По рукам, ‑ чуть помедлив, согласился Хлой.
* * *
Хитвол шёл по коридору районного Центра Истории и выборочно заглядывал в кабинеты сотрудников. Подобные рейды он проводил достаточно часто, и коллектив уже привык к причудам начальства. Сегодня у Дэйва имелась конкретная цель. Проверив для проформы деятельность двух-трёх человек и откровенно придираясь, он бросил неотступно следовавшему за ним Демекесу:
‑ У меня есть небольшие замечания по организации работы. Пройдём ко мне.
Работники Центра вполне обоснованно решили, что шеф не в духе и заму достанется на орехи за какую-то мелочь.
Между тем Дэйв желал прикрыть важный разговор видимой рутиной, дабы не привлекать излишнего внимания. Потому он небрежно отмахнулся от вопроса:
‑ Что вам не понравилось, господин генерал?
Отпив водички и удобно развалившись в кресле, Дэйв изрёк:
‑ Мне многое не нравится. Однако вовсе не в механизме повседневной работы. Тема нашей беседы совсем иная, и я хочу, ‑ Дэйв слегка повысил голос, ‑ очень хочу, чтобы вы использовали свои ресурсы, как интеллектуальные, так и материальные, на сто процентов и до-бились результата.
Демекес слегка напрягся. Человек умный, образованный и с огромным жизненным опытом, он прекрасно отдавал себе отчёт в личных способностях и, конечно, понимал, какую весьма значительную роль играл в успехах третьего района. Понятно, он был благодарен Хитволу за шанс выбраться из дыры и вернуться к карьере, но полагал, что услугу честно отработал и вряд ли в особом долгу у начальника. Тем более что семья Демекесов славилась в истории своей несгибаемой гордостью и независимостью. Между тем Дэйв продолжил:
‑ Моё поручение к вам имеет особый характер, и я жду от вас только позитивного результата, потому слушайте меня внимательно.
Дэйв сделал небольшую паузу.
‑ Как вы знаете, почти сразу после моего назначения в район был убит глава города 3-5. Преступление дерзкое и, к сожалению, опасное вдвойне, ибо преступник оказался хорошо подготовленным и прекрасно замёл следы, дезинформировав систему Контроля.
Робер кивнул.
‑ Дальше хуже, ‑ продолжил Хитвол. ‑ Разоблачённый урод, инженер Бирбак, найден мёртвым, и не где-нибудь, а в камере городского Центра. Явно не обошлось без врага внутри нашей системы. Это два. Следуем далее. И видим: сержант Тогава, очевидно, обнаруживший нечто важное, устранён. Причём весьма изощрённо. Итого три трупа. И всё свидетельствует о беспомощности Контроля. Задумаешься, не правда ли?
Демекес вновь кивнул.
‑ Продолжим. Трое убиты, и, как ни странно, у нас есть и пойманы виновные. Точнее, они сами бросаются к нам и полностью саморазоблачаются. Здорово! Но вскоре становится ясно: либо, как в случае с главой, гражданин сам наговаривает на себя, не совершив преступления, либо убийцы Тогавы ‑ исполнители. Причем тупые. То есть пешки в неизвестных руках. И мне чертовски хочется, ‑ Дэйв не побоялся употребить неПравильное слово, ‑ выяснить, чьи же это руки!
Демекес продолжал воплощать собой бесстрастие, и Дэйв продолжил:
‑ Мало того, что мне не нравится, когда мой район устилают трупами, мне совсем противно осознавать наличие крота среди Историков. Мне очень хочется поймать подлеца и покончить с атмосферой подозрительности. Как ваше мнение?
На столь риторический вопрос Демекес ответил двояко:
‑ Полностью с вами согласен, ‑ сказал он, как и положено, соблюдая иерархию отношений, и тут же добавил: ‑ Вы никогда не делились своими размышлениями. Дело главы считается раскрытым. Убийцы Тогавы казнены.
‑ Формально да, так и есть. Реально ‑ это поверхностное прикрытие, и каждый под подозрением. Я вынужден остерегаться любого.
‑ Тогда и вашего покорного слуги. По логике, я тоже в списке.
‑ Однако менее других. Вы не были в штате в то время. Так что у вас почти алиби.
‑ Логично, ‑ согласился заместитель.
‑ Перейдём к главному, ‑ продолжил Дэйв. ‑ Есть более неприятные вещи. Вспомним Родзински. Террорист отравился, заметьте, в последний момент ‑ и концы в воду. Я же совершенно не верю в теорию борца-одиночки. И совсем плохо ‑ покушение на меня.
‑ Но Саиды… Их разоблачили и…
‑ И вы согласны? ‑ прервал Дэйв. ‑ Так, честно скажите. Верите в официальную версию?
Демекес замялся и опустил глаза.
‑ Именно, ‑ констатировал Дэйв. ‑ Лишь полный тупица может принять на веру чепуху, придуманную Фрэнком в своих корыстных интересах.
Демекес слегка обалдел от подобного пренебрежения к фигуре правителя.
«Ага, ‑ подумал Дэйв, ‑ начинаешь вылезать из скорлупы. То ли ещё будет!»
Засаду на стадионе он решил не упоминать.
‑ Попытку бунта я оставлю в стороне, Порядок с ней. Но на заметку возьмите. Ибо именно вам я хочу поручить разобраться в вышеперечисленных делах и расставить точки над «i».
Хитвол сделал паузу, предоставляя Демекесу осмыслить сказанное, и пригвоздил фразой:
‑ Осуществить расследование следует неформальным способом, не привлекая сотрудников Центра, так сказать, своими силами.
Демекес онемел. Затем очнулся:
‑ Господин генерал! Но как? Это преступление?
‑ А как иначе? Официально здесь не пробиться. Сколько времени возимся ‑ и результатов ноль.
‑ Но я не могу…
‑ Можете, можете, ‑ вновь прервал Дэйв. ‑ Вы-то как раз и в состоянии. В районе помнят вашего деда. В прежние времена имелись вотчины вашей семьи. Людей вы найдёте, и они за вами пойдут.
‑ Как раз по указанной причине я не могу выполнить ваш приказ, ‑ Демекес поднялся с кресла. ‑ Над нашей семьёй до сих пор висит наказание, я не могу оступиться. Я решительно отказываюсь.
Демекес вытянулся по струнке:
‑ Разрешите идти?
‑ Не разрешаю! ‑ Дэйв положил руку на плечо подчинённого и силой усадил обратно.
‑ У вас проблемы с Порядком. У меня с убийцами, охотящимися за моей головой. Удивитесь, данный факт меня весьма беспокоит. Потому я намерен заставить вас помочь мне. Моих ресурсов не хватает. Сам я слишком на виду. Район мне не наследственный. Чужой. Преданные мне люди ‑ это отставные военные. Хороши, но не для тонкой работы. К тому же окружающим чересчур очевидно, на кого они работают. А ваша оставшаяся родня подойдёт для дела как нельзя лучше.
‑ Нет. Я не стану подставлять семью! ‑ решительно заявил Демекес.
‑ Станешь! Ещё как, ‑ ответил Дэйв.
Наступила неловкая пауза. Напряжение и враждебность повисли в воздухе.
Дэйв прошёл и уселся на стол прямо перед подчинённым, глянул сверху вниз и спросил ехидно:
‑ Напомни-ка, какое на тебе наказание?
Демекес побагровел. Шеф прекрасно знал ответ.
‑ Давай, давай, ‑ надавил Дэйв, окончательно перейдя на «ты».
‑ Лишение всех мужчин рода права жениться и заводить детей, ‑ выдавил Демекес.
‑ Да, да, ‑ подхватил Дэйв. ‑ Чтобы покончить с родом подлых заговорщиков. Скоро преставится последний Демекес ‑ и конец! Не так ли?
Робер скрежетал зубами. Казалось, секунда ‑ и набросится на Хитвола с кулаками.
‑ Кстати, твой отец во всём виноват! Втянул семью в интригу. Хорош, нечего сказать!
‑ Не он, ‑ вскипел Историк. ‑ Двоюродный дядя.
‑ Ах да, точно! Ему и отрубили голову перед строем. Публично, ‑ соизволил согласиться Хитвол. ‑ Твой прошёл как «лицо, подчинившееся приказу главы фамилии». Отвертелся. Просидел жизнь в лагере. Даже тебя ухитрился спасти. Сколько тебе было, Робер? Кажется, пять лет?
‑ Четыре с половиной, ‑ промычал Демекес.
‑ Так, так. Немного, и угодил бы на корректировку, ‑ Дэйв продолжал нависать над подчинённым, которого довёл до белого каления.
«Пожалуй, скоро будет готов!» ‑ решил Дэйв.
‑ Теперь ты самый младший среди выживших. Десяток лет ‑ и отойдут к праотцам старшие бездетные двоюродные и троюродные, ты потеряешь детородные функции ‑ и всё!