Среди всей этой неорганизованной шоблы мелькал один паренёк с тремя лычками на погонах. Странно, но из учебки более чем с двумя лычками не появляются — учебные части выпускаю младших сержантов, а тут целый сержант.
— Э, зёма, сюда иди! — обратился к этому сержанту Дедушка Советской Армии, здоровый бурят по прозвищу Шайба.
Шайба был уважаемым человеком в полку. За свои полтора года службы он ни разу не облажался, и друзей не подвел, были и другие заслуги, поэтому он достойно встречал солдатскую «старость». Его (повторюсь) уважали и боялись. Шайба говорил мало, но если говорил, то всегда отвечал за свои слова и, если кого-то это не удовлетворяло, мог уебать так, что мало не покажется. Но те, кто его знали, кто с ним прослужил уже много времени, утверждали, что парень он надежный, нормальный и, по своему, добрый — просто вид у него страшный — печенег — хули поделаешь!
— Я? — спросил молодой сержант, указывая себе в грудь большим пальцем правой руки.
Этот жест не всем понравился.
— Головка от хуя, — стандартно ответил Шайба. — Бегом!
Сержант подлетел.
— Откуда? — лёжа на спине, закинув руки за голову, однако, оставив обутые в начищенные сапоги ноги на полу, поэтому его положение было несколько диагональным, спросил Шайба.
— С Брежневской учебки, — напряженно ответил сержант.
Все посмотрели на Акима, который тоже в свое время прибыл в Роту Связи из Брежневской учебки. Аким никак не отреагировал.
— Без тебя знаю, что с Брежневской! — отрубил Шайба, хотя знать он этого не мог. — Я тебя, урод, спрашиваю, откуда призывался.
— С Нижнего Тагила.
— Мудила с Нижнего Тагила, — банально определил для себя его статус Шайба.
Все лежащие на соседних кроватях, довольно засмеялись. Сержанту было не до смеха.
— А чё у тебя три сопли? — Шайба глазами указал на погоны.
Это был самый нежелательный вопрос для сержанта.
— Присвоили, — уклончиво ответил тот.
— Ты, чё — охуенный служака? Или может быть ты самый крутой из курсантов? — Шайба приподнялся и сел.