— И я тебе его подарю… — специально делал старичок большие паузы между предложениями наблюдая за моим нетерпением, наверно внутренне посмеиваясь и забавляясь над моим побледневшим лицом. — но с одним условием.
— Все что угодно. — выпалила прежде чем подумала. Прикупила язык от досады, ругая себя за несдержанность. Нельзя, нельзя давать обещания, не зная условий!
На меня посмотрел насмешливо, прищурив глаза образовывая старческие морщины.
— Все что угодно мне без надобности, но именно ты можешь пообещать, что когда будет повод и желание, ты и твой народ не будете идти войной на жителей Фринеля. — странное пожелание, ведь он мог попросить гораздо большее с выгодой для себя или храма. Тем более в свете отсутствия у меня «моего народа». Что даже смешно звучит — мой народ. Я с легкостью могу пообещать за единственную себя. Воевать с эльфами или с любым другим народом я никогда не желала и не пожелаю.
— Обещаю! — искренне заверила, разворачиваясь в сторону выхода, желая скорее заполучить часть сердца и наконец убраться с этих земель.
К вечеру мы уже пересекли границу, направляясь в сторону гор.
Огонек находился уже там со своими. Я его отпустила перед эльфами, не хотела демонстрировать его. И правильно сделала, что отослала. Не известно, как бы все закончилось для нас и его в частности, будь он рядом.
По прямому пути решили не идти. По возможности обезопасить наше путешествие до «захоронения» Дэвара.
Первые несколько дней следовали вблизи границ Фринеля и Салюм.
Мы с чернушкой откровенно наслаждались теплой погодой и цветущим пейзажем. Ускакивали вперед резвясь в сочной траве срываясь в галоп, но конечно же нас настигали и долго ругали за беспечность. Но даже грозные лица мужей не могли повлиять на наше сумасбродство, только когда меня утаскивали и долго страстно и сладко наказывали я ненадолго успокаивалась, а попросту уставала и набиралась сил для новых пакостей.
Но мое игривое настроение закончилось, как и закончилась цветущая долина четкой полосой переходя в горный хребет бесконечно уходя в обе стороны.
Наш путь лежал в сторону моих кошмаров и детских страхов. Я до сих пор не знала, что буду делать если увижу отца, что скажу ему при встрече, как отреагирую. Но одно я знала точно — обижать себя не дам. Да и мужья вряд ли позволят меня оскорблять.
Мы медленно шли вдоль горного массива, не поднимаясь по склонам. Лошади там уже не пройдут. Последние сутки выдались совсем тяжелые. Вымотались и не выспались под шумным проливным дождем. Погода решила усложнить нам путь основательно, поливала ледяным дождем размывая узкую тропу делая ее вязкой, а нашу одежду мокрой насквозь.
Аджай по началу согревал нас, распространяя свой огонь на всех, но потратив значительную часть резерва, решили больше не расходовать магию. Оставив на непредвиденное. И оно произошло. То, что мы никак не могли предугадать. К ни го ед . нет
С отвесных не высоких склон на нас начали сыпаться воины. Мужья быстро взяли меня в кольцо прикрывая. Келебриан молниеносно натянул тетиву выпуская в противника одну за другой стрелы. Аджай ловко пулял огненные пульсары подпаливая одежды и тела врагов, вызывая крики боли и тошнотворный запах обгоревшей плоти.
На секунду зажмурилась, останавливая рвотные позывы. Самуэль заметил мое состояние, сдернул с пояса шнурок с кулонов и вложил мне в руки, не глядя отбивая близко подошедших к его коню, отправляя в далекий полет. Артефакт скрыл запахи, давая сделать глубокий глоток воздуха.
Вот это силище, впечатлялась наблюдая за очередным полетом. Каждый из мужей обладал огромной мощью и с ловкостью опытного воина справлялся с нескончаемым потоком черно-плащников.
По какому приказу они действуют не было загадкой. Только где же прячется сам виновник? Неужели отсиживается в безопасности и ждет окончания бойни. Как бы плохо я о нем не думала, но Бэлфрист трусом точно не был.
И как по команде моим мыслям из-за поворота ущелья выехал виновник «торжества» в ослепляющей глаза золотой броне. Отдал молчаливый приказ и напор нападающих усилился. Со всех сторон посыпался град из атакующей магии. Часть использовали артефакты — являясь людьми со слабым резервом, а другая атаковала своими силами опустошая свой резерв. Мужья отвечали так же с удвоенной силой, часто отвлекаясь на меня.
Сархан не мог выпустить свою магию на волю, она могла опустошить и нас, направлял точечно, высасывая каждого по отдельности. Так резерв тратился гораздо больше, а муж быстрее уставал.
И я понимала победит тот, кто дольше продержится. Мои мужья во много раз сильнее, но не всемогущи, а воины все не убывали.
Окинув взглядом бойню со множеством лежачих по кругу горелых и скукоженных почерневших тел. Захотелось трусливо сбежать и спрятаться в безопасном месте свернуться калачиком и притворится что ничего этого не было.
— Прекрати, прекрати! — проорала не своим голосом, пробивая сплошной поток дождя, обращаясь к главному виновнику.
— Все прекратиться, одно твое слово, и мы уедем, и ты поедешь со мной! — все также лениво в своей манере растянул слова, еле долетевшие до моего слуха.
Он готов пожертвовать всеми, но заполучить меня. Это не прихоть — это уже одержимость психа.
— Не смей даже думать. — зло прорычал Сархан сквозь сжатые зубы. — Мы справимся!
Как бы я не верила в своих мужчин, понимала, что нет не справитесь. Слишком вымотались за долгое путешествие, слишком много магии уходит. Бэлфрист слишком хорошо подготовился. И спасти нас может лишь одно…
Глава 41
Перешла в подпространство вместе с чернушкой. На прощание прикоснулись к нашей связи посылая любовь, веру и просьбу.
Действовала на инстинктах принимая решение. Уповая чтобы, оно оказалось верным.
В образовавшийся коридор с помощью демона и Сархана, я выстрелила стрелой и пустила в галоп в направлении склепа.
Дождь продолжал хлестать обветренные щеки обжигая холодом. Зубы не переставали стучать, отбивая собственный ритм. Волосы хлестали лицо прилипая к шее мокрыми змейками, замораживая горло.
Точно слягу с горячкой, но сейчас меня это беспокоило меньше всего лишь бы все получилось.
В рекордные сроки добралась до дверей, увешанных цепями. Будто кто-то подгонял, ускоряя наш бег.
На ходу перекинула ногу слетая с седла, чуть не пропахав носом землю. Поскальзываясь и запинаясь как в прошлый раз влетела внутрь тайной комнаты падая на четвереньки, но тут же поднимаясь, зажигая висевший факел.
А тут ничего не изменилось, все так же пыльно и мрачно.
Но времени разглядывать маленькое помещение не было. Там в узком ущелье сражаются мои отважные мужья, рискуя своими жизнями. Я не могу их подвести.
Выудила из кожаного мешочка все камушки, некоторые мне помог аккуратно извлечь Самуэль, как мастер по работе с артефактами. Разложила в ровный ряд у ног мраморного Дэвара и уставилась на теплые камни, ожидая проявления чуда. Но чуда не произошло.
Поменяла местами несколько раз покрутив и так, и эдак, собирая наконец в единое целое. Еще раз внимательно рассмотрела, замечая что не хватает маленького кусочка. Поскребла образовавшуюся дырочку.
— Ай! — зажала губами порезанный палиц.
И в то же мгновение камень нагрелся, ярко пульсируя золотыми жилами освещая мое лицо. Но тут же все резко погасло, как и мое ликование.
Ощущения меня отчетливо вели сюда, больше нет никаких камней это все части сердца забытого императора. Как моя кровь может помочь? Недолго думая разрезаю ладонь, направляя падающие капли в маленькое отверстие.
Все повторилось в точности, как и в первый раз.
Что-то я упускаю.
Потерла виски пытаясь вспомнить нечто важное. Так Руперт утверждал, что я перерожденная душа предательницы из далекого прошлого и мне нужно принять важное решение именно здесь и сейчас. Но какое решение? Какой выбор?