- Но мы ведь можем придумать конец сами, - Марлин наивно посмотрела на мужчину из-под полуопущенных ресниц. Какой же она ещё ребёнок, хоть и строит из себя взрослую. Она думает, что выросла, но это не так.
- Не всегда, - возразил Гвин. - Иногда конец уже придуман, и его не изменить.
Марлин сжала губы и спрыгнула с подоконника. Теперь она казалась Гвину совсем девочкой. Чем-то напоминающей его погибшую сестру. И его погибшую любовь.
- А может, просто это ещё не конец? - выдохнула Марлин Маккинон, прежде чем подхватить книгу и уйти. Оставив Гвина думать над её словами.
***
- Мерлин? Ты сегодня рано.
Роза готовила на кухне ужин. Миссис Гвин не было, но Мерлин знал, что мама сегодня собиралась в гости к Мартину и, должно быть, ещё не вернулась.
- Да.
Мерлин замер в дверях, прислонившись головой к косяку. Он чувствовал себя потерянным и опустошенным. С уходом Жреца его жизнь изменится. Точно. Но пока Мерлин не знал, как. Роза с улыбкой мельком взглянула на него и тотчас замерла.
- Эй, Мерлин… - она отложила ложку и подошла к юноше, - что случилось?
Юноша бы и сказал «ничего», но не нашел в себе сил для лжи.
- Так заметно? - лишь выдохнул он в ответ. Роза кивнула. Рука ее мягко легла на его плечо. Глаза заглянули в глаза.
- Всё изменилось…
Мерлин сжал руку девушки. Ее поддержка была необходима ему. Сейчас особенно.
- О чём ты?
Роза искренне хотела знать. Но сказать ей сейчас о Жреце - это означало признаться в двух годах обмана и тайн.
- Встретил Робба, - ответил юноша устало. Правду. - Думаю, мы с ним уже не помиримся.
Роза сочувственно поджала губы и погладила юношу.
- Сожалею, Мерлин. Но что такое между вами случилось, ммм?
Мерлин пожал плечами.
- Кажется, он считает меня плохим человеком.
- А это так?
«Может быть. Ведь я теперь Последний Жрец», - промелькнуло в голове, но вслух юноша этого не сказал бы никогда. И Роза улыбнулась, не дождавшись ответа.
- Это не так. Ты знаешь это. Как знаю я. Ты хороший, Мерлин. Никогда не смей в этом сомневаться.
Слова эти были теплее солнца и лучше всего на свете. Мерлин улыбнулся в ответ.
- За что ты в меня так веришь?
Роза обняла его за шею и приподнялась на цыпочках.
- Когда кого-то любишь, всегда в него веришь, Мерлин Гвин.
Мерлин закрыл глаза и наклонился вперед, прижавшись своим лбом ко лбу девушки.
- Спасибо, Роза Смит.
Короткий смешок заставил его открыть глаза. Личико Розы светилось хитростью.
- О нет, спасибо ты не отделаешься, - хмыкнула она довольным тоном. - Будешь помогать мне с ужином.
И Мерлин внезапно для самого себя рассмеялся. Ему вдруг стало намного легче. Да, всё изменилось со смертью Жреца, но кто сказал, что к худшему? Может, наоборот?
Роза уже потянула юношу за собой, и он покорился. Фартук в красно-белую полоску поверх пиджака, деревянная ложечка для помешивания в сковороде в руках. И вот он уже не какой-то там Хранитель Древней магии, а наикрутейший повар в подчинении у самой прекрасной девушки в мире.
Так, стоя у плиты, Мерлин просто наслаждался этой семейной идиллией. И в этот миг вовсе не думал об ушедшем Жреце и о том, море чьей крови принесёт его смерть.
***
- Итак, дамы и господа, - Гвин вышел вперед и демонстративно убрал палочку в карман, - кто желает испытать свои силы в поединке?
- С вами? - не сдержал аханья Гидеон Пруэтт. Гвин слегка надменно повел бровью. Он знал, что чужое самодовольство способно разжечь в молодых людях огонь, желание доказать, что они тоже что-то могут. А это и нужно было мужчине - заставить их забыть о том, что он учитель и бороться с ним лишь как с соперником.
Раньше он часто устраивал на кружке дуэли или даже общие схватки, но сам всегда оставался в стороне, не вовлекая себя в процесс непосредственно. Теперь же ему захотелось испытать их на самом деле.
- Я столь страшен? - Гвин осмотрел замершие настороженные лица учеников. - Ужасен? Беспощаден? Что ж, даю слово, вы выйдете отсюда живыми и даже здоровыми. Относительно.
Ученики переглядывались, словно пытались общаться без слов. Но Гвин читал их, как открытые книги. Его забавляла их реакция, и он даже признался себе, что получал от этого удовольствие. Подобное тому, что испытывал будучи учеником, когда разыгрывал своих друзей. Странно… Когда-то у него были друзья. Точнее, у того амбициозного и счастливого мальчика, по которому он скучал. И которым уже давно и безвозвратно не являлся.
- Мэтью? - Гвин обернулся к семикурснику. Ему нравился этот умный талантливый парень. Из него бы вышел неплохой Хранитель Древней магии. И Жрец тоже.
Сноу не успел ответить, растерявшись на секундочку, как со своего места поднялась Марлин.
- Можно мне, профессор?
Девушка выглядела упрямо и уверенно. Даже самоуверенно. Никак, копировала Гвина. Отчего-то ему понравилось даже это.
- Надеюсь, вы не думаете, что я буду снисходителен к вам по той или иной причине, мисс Маккинон? - осведомился он ровным как сталь голосом.
- На это и надеюсь, сэр, - тем же тоном ответила Марлин. И отложила свою палочку на стол.
- Отлично, - кивнул Гвин с едва заметной улыбкой. - Все остальные - смотрим внимательно. После я спрошу вас, почему Марлин проиграла, и вы должны будете ответить.
Среди учеников раздался одобрительный гул. И Гвин на одно-единственное мгновенье ощутил себя вновь семнадцатилетним. Тогда весь класс ухал в предвкушении очередного триумфа Мерлина Гвина, когда на уроке по Защите от Темных искусств затевали дуэль. И юноша всегда выходил победителем. Но Мерлин мёртв. А профессор Гвин не может чувствовать то же, что чувствовал он.
Марлин стремительно вскинула левую руку вперед, глаза её вспыхнули ярким огнём. Неплохая попытка. Гвин отразил её сбивающее с ног заклинание, даже не моргнув. Его замораживающие чары девушке тоже удалось миновать. Она пригнулась, а затем стремительно выкрикнула заклинание, но Гвин отмахнулся от него, как от назойливой мухи. А затем применил обманывающий маневр. Он заметил, что Марлин не сводила с него глаз, а потому склонился и ударил ладонью по полу. Она, конечно, подумала о том, что он использует силы земли, чтобы свалить её и применила противоэнергетические меры. Но тем самым открыла себя. Блеск глаз - и вот уже девушка лежит на полу без возможности пошевелиться. Из её разбитой коленки течет кровь, а на локте красное пятно, наверняка вскочит синяк.
- Неплохо, - хмыкнул Гвин, снимая чары. Марлин тотчас смогла вновь шевелиться. Фабиан Пруэтт бросился помогать ей встать. - Итак, ошибки.
Гвин старался не смотреть на Марлин. Он сделал то, что должен. Она ученица, он преподаватель. Только тогда отчего ему так горько, что он причинил ей боль?
- Вы отвлекли Марлин, сделав вид, что примените одно заклинание, а сами сделали по-другому, - озвучил общую мысль Мэтью.
- Верно, - щелкнул пальцами Гвин. - Вы заметили, что мисс Маккинон не отрывала от меня глаз, надеясь тем самым предупреждать любое мое намерение, но это её и подвело. Сколько раз я вам говорил - нужно смотреть глубже, видеть больше. Нужно читать по лицам и глазам. Рассматривать эмоции и скрытые намерения. Предугадывать мысли. Различать обман. Нужно слышать, видеть и чувствовать. Так и только так можно добиться победы.
Взгляд его остановился на Марлин. Девушка, казалось, не чувствовала боли от падения или же та не была велика. Она слушала внимательно, вытянувшись в струну. Не достаточно внимательно. Если бы Гвин захотел, он бы вновь победил её сейчас же. Она смотрит на мужчину, но думает о своем. И это мешает ей.
- Что ж, - Гвин отвернулся от Маккинон и обвел учеников взглядом, - две минуты. Кто дольше?
Теперь он без труда различал азарт своих подопечных. Они убедились, что в поединке с ним поистине нет ничего страшного и теперь горели желанием испытать себя. И Гвин был рад возможно показать им, как много еще им предстоит узнать. Это полезно. Чтобы они не начали думать, что могут так легко стать героями. Потому что никто не становится героем легко. Потому что быть героем - это значит изменить свою жизнь навсегда. И это, как бы ни врали легенды и сказки, на самом деле очень больно. Уж Гвин-то знал это, как никто другой.