Неужели судьба не достаточно поиздевалась над ним, наслаждаясь его мучениями? Ему и так не просто в стенах школы, где каждый закоулок дышит прошлым, потерянным счастьем и несбывшимися мечтами. Так еще и эта девушка, один вид которой разбивает его снова и снова. Это слишком.
Гвину бы не стоило ее звать, чтобы облегчить себе жизнь, но он не собирался опускать руки от трудностей. В конце концов, когда живешь в ежедневной непрекращающейся боли, еще одна ее капля ничего не меняет. А рисковать он не мог. Вдруг именно Маккинон, так успешно проявившая себя на занятиях по защите от Темных искусств, та, кому суждено стать новым Жрецом? Вдруг Древняя магия изберет ее?
С шестого курса все. Остались пятикурсники. Приглашать на занятия кого-либо младше не было смысла. Мисс Венс. Эммелина. Добрая славная девушка. Было бы жаль отдавать ее Древней магии, если бы Гвин был чуть более сентиментален. Дэвид Морган. Очень талантливый гриффиндорец. Кристиан Бэнфорд. Ее эмоциональность слегка выше требуемой, но при должном старании и контроле это легко исправить. И Робби Стар.
Записав последнюю фамилию, Гвин взглянул на получившийся список. Одиннадцать имен. Одиннадцать детей, из которых он будет делать суперсолдат. И все они, скорее всего, умрут. Своим решением Гвин обрекает их на тьму. Ломает их жизни. Но он не испытывал сожаления или сомнений. Чтобы однажды получить свободу – смерть – он должен создать для себя преемника. Нового Хранителя для Древней магии. Иначе она никогда не отпустит его и не даст умереть. Гвин знал, что с ней мог бы жить очень долго. Она бы оберегала его, хранила, ждала. Но ему не нужна была вечность. Всё, чего он желал, был покой. А это сможет дать ему только смерть.
***
Жрец всю ночь простоял у окна, глядя, как медленно движется по небу серебристо-желтый диск луны. И слушал, как рассказывают, что повидали, скользящие под небом тонкие облака. Удивительно, каким прекрасным и необыкновенным предстал теперь мир. Когда мужчина, наконец, смог снять с глаз повязку и увидеть его по-настоящему. Ему больше не был нужен сон, чтобы восполнять силы. Его поддерживала циркулирующая в каждой капле пространства энергия жизни природы. Это было ново, но так хорошо. Больше не быть частью мира людей. Не зависеть от сна, еды или чувств. Победа разума и магии. Сила. Вот в чем она заключается. Быть выше, над всем, что происходит. Наблюдать, но не быть эмоционально вовлеченным. Это единственный путь к успеху. Люди так слепы и недалеки в своем непонимании этого. Они цепляются за чувства и друг за друга, не понимая, как сильно именно это мешает им видеть мир по-настоящему. Отличать правду ото лжи. И всегда находить путь.
Жрец знал, что ему стоит ожидать новых нападений, но не собирался прятаться. Это не его дорога. Все мракоборцы дружно советовали ему не показываться на работе и затаиться, чтобы спастись. В кой-то веки они были в чем-то единодушны. Только вот проблема – Жрец не собирался спасаться. А они не могли этого понять. Ему не нужна жизнь. И спасение тоже. Он просто хочет сделать то, что должен. И обрести свой финал.
Когда на востоке начало светать, звезды превратились в тусклые еле уловимые точки, а после и первые лучи скользнули по крышам, Жрец подхватил плащ, висевший у дверей в прихожей, и покинул дом. Он планировал отправиться в мракоборческий центр, чтобы получить задание, зная, сколько взглядов устремится к его фигуре, едва он покажется на пороге. Но больше его это не волновало.
Мужчина собирался трансгрессировать, как тут с тихим свистом с высоких крыш к нему скользнул ветер. И Жрец остановился. Он ощутил холод, вызывавший по телу мурашки. Ледяные ладони коснулись его лица, провели по скулам и губам длинными тонкими пальцами. И в тишине утра ветер прошептал одно-единственное слово:
- Сегодня.
И со свистом унесся ввысь, будто напуганный тем, что только что сказал. А Жрец так и остался стоять, слушая, как колотится в груди сердце. Неужели?
Сегодня.
Он так бесконечно долго ждал этого слова. И этот день случился. Спустя восемь мучительных темных лет. Что ж, все даже логично. Жрец открылся миру, о нем узнали. Мэтью неплохо обучен и у него действительно многое получается. Так что… разве мог быть для этого день лучше, чем сегодня?
Будь Жрец Гвином, он бы, наверное, расчувствовался. Но сейчас в груди его только шевелилось приятное удовлетворение и принятие данного факта. Что ж. От судьбы не уйти. Да он и не собирался. Интересно, как это проходило у предыдущих Жрецов? Что слышали они от ветра? Единственный, кто знает все, но так скупо делится этим с теми, кто может его услышать. Ветер, ветер. Скользящий через время и пространство.
И вместо Министерства магии Жрец трансгрессировал совершенно в другое место. Сегодня. Значит, ему нужно кое-что сделать. Он должен поставить точку.
Мэтью Сноу как раз выходил из дома, когда Жрец возник на тротуаре.
- Профессор?! – удивился юноша. Ведь они встречались только вчера, и сегодня занятия не было. Но сразу понял, увидел. – Что случилось?
Жрец улыбнулся ему. Сегодня можно. Нужно. В этот день он должен сыграть Гвина ради тех отношений, что были выстроены между учителем и его учениками. Потому что, несмотря ни на что, Сноу все равно видел в Жреце Гвина. Как и все остальные.
- Возьми, - Жрец вытянул руку и вложил в ладонь Мэтью маленькую бумажку.
- Что это?
Юноша развернул записку, но она была пуста. Он не понимал. Но догадывался, конечно. О таком всегда догадываются. Просто не желают верить в то, что это может быть правдой. Надеются ошибиться.
- Завтра здесь появится мой адрес, - тихо и вкрадчиво произнес Жрец. Зачарованные чернила. Связанные с тем, кто ими пишет. Невидимые при его жизни. Сложная магия. Высшая.
Мэтью оторвал от бумажки глаза и посмотрел на Жреца. И все сразу стало ясно. Этот юноша понял. Прочитал в безэмоциональном каменном лице мужчины напротив. А это значит, что он действительно готов. И ветер не ошибся. День настал.
- Защитные чары пропустят тебя, так как ты прочтешь адрес, написанный мной, - продолжил Жрец деловым тоном. – Я хочу, чтобы ты забрал оттуда все, что есть. Что связано с Древней магией. Книги, артефакты, знаки. Мои записи. Сохрани это и продолжай изучать.
Лицо Сноу искривилось, отразив эмоции. И юноша даже не пытался взять их под контроль. Он мог бы, Жрец знал. Но не хотел. В это утро лжи не было здесь места.
- Но… – голос Мэтью стал слабым и потерянным, - почему?.. Сэр, я… Пожалуйста…
И этот юноша, которому предстояло стать Хранителем и Последним Жрецом, сейчас вдруг стал мальчиком, маленьким и несчастным. Как же много для него значил тот человек, Гвин. Только его больше нет, а Мэтью этого так и не увидел.
- Все нормально, Мэтью, - Жреца когда-то бросил его учитель, не сказав ни слова. Он не собирался так поступать. – Ты ведь знаешь, что это всегда случается. Рано или поздно. Но это происходит. И не нам выбирать день. К тому же, - легкая горькая улыбка, - я и так ждал слишком долго.
Разве ты не видишь, Мэтью, что это не боль? Это свобода.
- Я знаю, ты напуган и боишься того, кем станешь. Но не нужно, - мужчина улыбнулся, вспоминая юного Мерлина в опустевшем доме его учителя. – Я не зря выбрал тебя. Ты достоин быть частью наших знаний. И ты сможешь их сберечь. Просто верь в это.
В мыслях его вдруг вспыхнула картинка – образ, возникший в тот миг, когда Гвин потерял имя и стал Жрецом. В ней Мэтью держал в руках камень с молнией. Этого еще не было, но в один день случится. И Сноу еще предстоит борьба с тьмой.
- Я буду скучать, - совершенно искренне признался юноша. Жрец не удивился. Он лишь протянул руку и сжал плечо своего ученика.
- Конечно, будешь, - кивнул он. – Ты ведь человек. Никогда об этом не забывай. И береги от тьмы Древнюю магию, но главное – свое сердце.