Мне хотелось поскорее сесть, и я заранее сердился на необходимость ожидания. Напрасно: камень — это вам не экспериментальные посадки! Зроа опустилась на удивление быстро. Быстрее получалось только на спецплощадке у куполов.
Не успел я выйти, как на шлеме внизу мигнула зелёная точка, обозначая контакт с другим человеком. Шлем и комбинезон были не настолько умными, чтобы претендовать на звание ИскИнов, но с ситуацией они разбирались быстро.
— Добрый день! — поздоровался я, подходя к незнакомцу.
На планете с этим было очень просто: для того, чтобы знать время, достаточно было посмотреть на солнце. И я давно уже мог делать это без головокружения.
— Добрый, — ответил человек и сел.
Тёплый ветер приминал наши комбо — особо резкие порывы заставляли меня покачиваться.
— Мне кажется, вы дожидаетесь меня, — сказал я, опускаясь рядом и садясь по-турецки. — Потому что на этой неделе мой маршрут просчитан заранее. Вы знали, что я буду здесь пролетать!
— Молодец! — улыбнулся он.
Это был мужчина лет пятидесяти, с высоким лбом и глубоко посаженными проницательными глазами. И уже догадывался, кто он: взгляд был знакомый, цепкий и сильный. И донельзя насмешливый, как у всех них.
— Вы из Пятого Отдела, — продолжал я. — Верно?
Человек рассмеялся, запрокинув голову.
— Ты в точности следуешь характеристике, которую составила Туччи, — ответил он и процитировал, — «Развитая интуиция, способность предугадывать направление разговора». Это точно. Догадливый. Смышлёный!
— Это определение, как правило, используют для обозначения умственных способностей у животных, — заметил я, вспомнив Рыжего и Серого, а потом услышал себя со стороны и ужаснулся.
«Ну, вот, разговариваю как камилл! Здравствуй, профессиональная деформация!»
Мой собеседник, похоже, подумал о том же, потому что вновь засмеялся, а потом протянул мне руку:
— Винк Леманн. Лучше просто Вин.
— И никакого «доктора»? — уточнил я, улыбаясь ему в ответ.
— Какие доктора? Разве ты больной? Просто «Вин».
— Хорошо, — кивнул я, пожимая протянутую руку. — Вин. А я просто Рэй.
Мы помолчали немного. Спамер внимательно разглядывал меня, а я смотрел на равнину, заросшую серо-зелёно-жёлтым. Каменная проплешина, на которой мы сидели, была достаточно большой — как будто наружу, из цельного тела, вылезла лопатка серебристой породы, плоская и гладкая. Ураган полностью оголил плато и повыдирал лишайники с остальных участков, но пустые места начали понемногу зарастать. Только камень держался — ни следа той бирюзово-серой шёрстки, которая покрывала остальные лысинки.
— Ты знаешь, зачем я хотел с тобой встретиться? — наконец, спросил Вин.
Вопросительные интонации были очень условными, и не мудрено! Сколько не пялься на травку, а от мыслей своих не спрячешься…
— Знаю, — оторвав взгляд от пейзажа, я виновато опустил голову и посмотрел на свои белые альтерные браслеты, надетые поверх рукавов. — Я так и не записал ничего для Бидди и не ответил Фьюру и ребятам. Замотался…
— Понимаю! Что ж, пора разматываться, — с деланной строгостью отозвался спамер. — Или ты хочешь со всеми порвать и начать совершенно новую жизнь? Как будто ничего не было?
— Нет, — я отрицательно покачал головой. — Не так.
— А как?
— Я хочу начать новую жизнь, но я не хочу забывать обо всём. Обо всех…
— Тогда — действуй!
— Что прямо здесь? Сейчас? — начал я протестовать. — Может, лучше в куполе? Чтоб без шлема?
— Тогда садись в машину и лети, — Вин продолжал улыбаться, но глаза у него стали недобрыми. — А потом как-нибудь когда-нибудь в куполе запишешь. Ты же давно собираешься? Сколько уже — месяц? Больше?
Я мог только вздохнуть в ответ. Он был прав.
— Хорошо, — я настроил альтер на связь, потом сравнил время. — У них сейчас среда, прямой связи ещё нет, а это личное дело… Что, лететь на другой материк, где есть связь?
— А просто записать и скинуть — не судьба? Очень сложно?
— Да нет, легко, конечно… Только там сейчас полшестого утра. Значит, она или спит, или в ночную смену.
— Но она же получит, правильно? — он придвинулся поближе ко мне. — Альтер получит. И покажет ей тогда, когда будет можно. Когда она не будет занята.
— Ну, да, точно…
Я поднял правую руку. Камера альтера, соединённая с датчиками шлема, умела убирать помехи и искажения. Получалось не идеально, без шлема — в куполе — было бы лучше. Но дело было совсем не в качестве записи.