— Подойти и извиниться, — ответил я.
— Прямо так? — удивился он.
— Да. А как ещё?
— Ну, я думал, может, нужны какие-то специальные… я не знаю… действия!
— Ничего не нужно, — хмыкнул я. — Просто подойди и извинись. Ты отлично справишься!
— Ага. Спасибо!
— Пожалуйста. Теперь ты, Тьюр.
— Да я услышал, что хотел, — невозмутимо откликнулся Теодор, ещё больше, чем в прошлый раз, похожий на молодого медведя.
— Дана?
— Нет, что ты, — отмахнулась она, придвигая к себе следующую тарелку. — Я здесь так, приглядываю за некоторыми, — и она сверкнула глазами в сторону приёмного брата.
Как ни странно, Оскар не отреагировал.
— Ну, и прекрасно! — я поднялся из-за стола. — Приятного аппетита! С наступающим вас Новым Годом!
— И тебя, — отозвался Зейд. — Он же выиграет?
— Я надеюсь, — пробормотал я, направляясь к выходу из столовой. — Интересно будет, если он проиграет после всего…
Можно было задержаться, но что-то подсказывало: им надо было обсудить полученные ответы. А мне — побыть одному. Хоть это и «понижение социальной активности», но полезно.
В Лифтовой зоне было спокойно. На площади Летучих Рыб всё также курлыкал фонтан, окружённый, по случаю праздников, серебристыми «ёлочками». Ёлочки были управляемыми: я видел, как они медленно группируются, прикрывая от посторонних взглядов двух людей, о чём-то жарко спорящих, но продолжающих держаться за руку.
Я не стал подходить, чтоб не мешать. Решил прогуляться до оранжереи, примыкающей к жилой зоне, и дойти, таким образом, до своего блока самой длинной дорогой. И тут как будто меня позвали, хотя я точно ничего не слышал. Интуиция? Или я подспудно ожидал чего-нибудь такого?
Развернувшись, я увидел Сэтору Джекмана, который нёсся на меня со сжатыми кулаками. Лоб у него было напряжен, губы подрагивали, а в глазах был что-то тёмное и очень злое. Очевидно, он только что поднялся из Стыковочной и так кстати (с его точки зрения) увидел меня. И как только заметил — так сразу и побежал.
Я сразу понял, что сейчас будет. Сразу выстроилась цепочка последовательностей: пара сломанных костей у меня, сломанная карьера у Сэта. Прощай научный отдел — на удалённых станциях действуют строгие правила, и склонность к насилию там не поощряется. Особенно, по отношению к «почти почётному гражданину». «Как Ниулу после такого куда-то избираться?..»
В паре метров от меня, когда директор астрофизического отдела независимой станции «Тильда-6» уже занёс кулак, а я закончил оценивать свои шансы удрать и решил попробовать уклониться, из воздуха материализовался Макс Рейнер — и ловко схватил Сэта сзади за локти. Захват производил впечатление привычного. И что-то подсказывало, что Ренер познакомился с таким захватом, когда его применили на нём самом…
— У нас всё хорошо? — спросил «дикий тэфер» вместо приветствия и широко ухмыльнулся.
Я посмотрел на искажённое лицо Сэта и понял, за что ценят Макса Рейнера. Золото, а не человек!
— Очень хорошо! И давно ты здесь?
— А как ты в это всё вступил — и я задержался, — объяснил он, крутя головой в поисках подходящего помещения.
Я указал ему на значок запасной палаты — расположенные в Лифтовой зоне, такие комнаты используются лишь в экстренных случаях. Ну, или в нестандартных.
— Открой, давай, — скомандовал Рейнер, подтаскивая ещё не успевшего прийти в себя Сэта к запертой двери.
Камилл не стал спорить — и через пару секунд тэфер и астрофизик скрылись из виду. Я только успел услышать сдавленное сэтово «Пусти! Мне ему надо!..» и благодушное «Конечно! Кто спорит-то!»
— А что там будет? — спросил Фьюр.
Было бы странно ожидать, что они пропустят такое — все пятеро покинули столовую и на расстоянии наблюдали за происходящим. Сэт их, как я понял, не заметил. Он вообще отключил на время рассудок, иначе никогда не стал бы вытворять такое на глазах подростков!
— Серьёзный мужской разговор там будет, — пробормотал я и сурово посмотрел на него. — Нравится?
— Неа.
— Правильно!
Фьюр засмеялся и, развернувшись на каблуках, зашагал прочь, засунув руки в карманы. Тьюр кивнул мне не прощание — и последовал за братом. Оскар — следом.
— Всё-таки мальчишки — такие дураки! — фыркнула Дана, взяла Зейда под руку — и они удалились в противоположном направлении. Я смотрел им вслед, пока они скрылись из виду, завидовал и представлял нас с Зере.