Не вовремя всё случилось. Беда вообще не приходит в «удачный» момент, но накануне праздников было тем более неудобно просить о подобной услуге. И всё равно я набирал и спрашивал, выслушивал отказ, извинялся и снова звонил. Выхода не было — не мог же я выбросить Изю на улицу!
Особенно зимой. Да хоть бы и не зимой! Я не мог отречься от него. Это было всё равно что тогда, в тот ужасный день, оставить его без помощи под предлогом того, что у меня праздник. Он и так по жизни получил достаточно, чтоб опять…
Напоследок остался один номер. Я уже стоял перед своей дверью, даже достал ключи и воткнул нижний в отверстие замка. Последний рубеж — набрать это сочетание цифр, произнести это имя. Я бы никогда не осмелился побеспокоить её… Но мяуканье встретившего меня друга было важнее всех «но» и «никогда».
«Попробуй, — как будто просил Изя. — Чего тебе стоит? Я же рассчитываю на тебя!»
В самом деле, это был шанс, а значит…
— Зинаида? (Я всегда звал её полной формой имени — «Зина» звучало слишком грубо.) Это Родион. (Я бы не удивился, если бы она бросила трубку — она имела полное право!) С наступающим! (Формальность, но ведь нельзя не поздравить!) У меня к тебе вопрос, важный… (А чего тянуть?) Мне надо будет уезжать, третьего, по делам, очень важно! (Я не стал сообщать о том, что случилось — зачем лишний раз её напрягать?) И надо куда-то деть Изю — помнишь, у меня есть кот Изя? (Она должна была помнить — это она назвала его Израилем Соломоновичем.) Да, до сих пор… Да что ему сделается! Толстеет… И вот надо куда-то деть… Ты не можешь как-нибудь помочь мне в этом?
— Я поспрашиваю у своих, — ответила она ровным ласковым голосом. — Перезвоню через пару дней.
— Спасибо! Спасибо огромное! — я едва не расплакался от прилива благодарности. — Спасибо!
— Не за что. Ну, пока.
Вот так… Девушка, в которую я был влюблён и которая, кажется, любила меня, а главное, ждала от меня решительных поступков. А я мог только быть вежливым и думать наперёд. А нужно было рискнуть… Если я любил её, это уже было что-то. Но тогда я считал, что на свои чувства полагаться нельзя. И потерял её.
Я положил смартфон на тумбочку, принялся разуваться. Проголодавшийся Изя крутился под ногами, урча, как паровоз. Я взял его на руки и крепко прижал к груди. Глупость, конечно, какой-то кот, но ведь он был моим самым близким существом! И я был для него самым близким существом да ещё и кормильцем. От полагался на меня, доверял… Всё можно было отбросить, но вот его — никак нельзя. Иначе не стоит и стараться ради остального.
А если не получится сейчас найти ему место? Вдруг никто не сможет взять! Ну, не везти же его с собой! Шесть дней поезда, страшно представить, да и не разрешат с котом. А потом будет полная неизвестность. Ещё не понятно, как меня примут у отца, и примут ли вообще?
Позвонить сейчас, предупредить? Нет, лучше всё сразу. Иначе они могут уехать, например. Или что-нибудь придумать, чтоб не пустить меня.
«Чтоб тебя здесь не было, — так он сказал, когда я уезжал. — Чтоб я тебя никогда больше не видел». Это потому что я напоминал его новой жене о том, что была мама. И ещё — о том, как много ему лет. Такой большой сын! Ходячее уточнение возраста.
Деньги, которые он мне дал и которое помогли мне первое время, были платой за то, чтоб я навсегда исчез из его жизни. Так что очень даже может быть, что спать придётся на вокзале… Хотя нет — это будет «позор перед соседями», он такого не допустит. Но кота точно придётся оставить…
Отпустив Изю, я скинул верхнюю одежду, надел тапочки, прошёл к себе на кухню. Сначала коту — помыл его чашки, налил ему воды, положил свежий корм. Потом себе… Я взялся за ручку холодильника — и тут зазвонил телефон.
«Так быстро!» — когда я спешил обратно в прихожую, я чувствовал, что всё устроится: вот и место для Изи нашлось, а значит, и у меня всё будет хорошо. И можно не волноваться, что…
Хозяйка.
— Добрый вечер, Родион! — поздоровалась она и тут же перешла к делу. — Мы завтра заедем.
— Э… С наступающим! Я хотел сказать…
— И тебя тоже с праздниками!
— Подождите! Я… Можно я попозже заплачу?
— Что ты сказал? — её голос так сильно изменился, что можно было подумать: трубку взял другой человек.
— У меня тяжёлая ситуация. У меня украли карточку. То есть деньги есть, тут всё в порядке, но снять сразу я их не могу…
Она помолчала, переваривая информацию.
— Ну, давай на той неделе.
— Я и на той неделе не смогу.
— Что ты сказал? — тут появился «третий» человек. — Родион, ты чего-то темнишь…