А ещё были «глаза» ИскИнов, взирающие на всё и всех вокруг, и, подумав об этом, я ощутил тревогу. Не доверять людям — плохо, но не доверять Инфоцентру и остальным — ещё хуже. Как называется этот древний синдром? Киберпарентофобия. Страх перед опекающими искусственными разумами, зародившийся задолго до логосов — и оставшийся в старых пьесах да ещё у дикарей на Земле. Вот Сара посмеётся, если узнает, что я подхватил!
Она не перестала быть Посредником — впрочем, обязанности Дозорной не особо отличаются. Выходит, мы с ней коллеги? Но она относилась к ИскИнам профессионально. Точно слово: профессионально. Я был уверен, что даже если в её голове промелькнёт та же мысль, что и у меня — про расчёт количества погибших — она отреагирует спокойней, чем это получилось у меня. Из-за специализации? Или потому что она никого не потеряла?
Сорок девять — как ему эта цифра? При чём тут «справедливость», если получается, что именно ИскИн был причиной гибели людей, да и других ИскИнов тоже? «Справедливость для всех» — что это значит? Как этого добиться? И что будет, если я её не обеспечу?
Занавес
Йохан Гейман — мой второй «подопечный» — работал, как и во время нашего знакомства, в Службе Досуга Северного сектора. Последнее обстоятельство обеспечило мне удобный повод для встречи, теперь уже необязательной, но формально необходимой. «Тот самый Рэй», который помогал пострадавшим наравне с обычными тильдийцами… Правильно и даже ничего особенного, и всё равно приятно всем. Что для работника службы развлечений немаловажно.
Только сначала я зашёл к Зере.
Процедура восстановления была закончена, и по дороге к медблоку Южного сектора я вволю полюбовался на неё, беседующую с друзьями. Альтерный экран транслировал передачу с камер, установленных в палате по такому случаю, и я легко получил доступ, потому что входил в круг её близких. Но не для неё. Теперь не для неё. Формально, я уже лишился этой привилегии…
Было непривычно видеть её обритой. Обычно с такими «причёсками» щеголяли мускулистые шахтёрки и работницы инженерных и ремонтных служб, поэтому она не выглядела немощной. Конечно, волосы ей могли нарастить, но Зере ожидаемо отказалась от этого — для администратора тратить ресурсы на такую мелочь было бы странно… Но время от времени проводила рукой по макушке, как будто проверяла. «Надо сказать, что ей идёт такой стиль», — решил я. Волосы, конечно, отрастут. Но были потери, которые уже не восполнить.
Друзей она узнавала, потому что их дружба зародилась раньше. А вот то, что было в последний месяц, сохранилось обрывочно. Как сон — отличное сравнение! Все события — как красочный сон, который почти стёрся из памяти. Про чувства и говорить не стоит.
…Ирония в том, что я мог и не приезжать. Я делал это ради других и ради себя, конечно.
— Для неё ты — известный тильдиец и коллега, но не больше, — инструктировал меня пожилой спамер перед тем, как впустить.
— Знаю, — кивнул я, глядя в пол.
«Интересно, это он составлял отчёт о её состоянии, который отправили мне? Нет, всё-таки не он. Но он, разумеется, его читал…»
— Не подвергай её дополнительным стрессам — ей и так досталось.
— Конечно.
«Всем досталось. Вам тоже».
— Ты, конечно, понимаешь, что при её подготовке она не склонна к болезненным реакциям, но нужно учитывать её ослабленное состояние.
— Разумеется!
«Он, наверное, вообще не спал эти сутки. И неизвестно, когда нормально отдохнёт. Самое трудное время только начинается», — думал я, ожидая, что вот сейчас он предложит мне воздержаться от визита, и я соглашусь. Ниул был абсолютно прав: удобно следовать решению специалистов! Сразу столько ответственности перекладывается…
Вообще-то спамеру и не нужно было меня предупреждать — я ведь тоже былподготовленным. Похожие ситуации были учтены, и все нюансы поведения расписаны. Но все инструкции меркли по сравнению с тем, что происходило в реальном времени.
— Привет!
— Привет!
Она выглядела немного смущённой, но в целом — как будто ничего и не произошло. Смена причёски — единственное заметное изменение. «У неё погибла подруга, — напомнил я себе, — И вылетел из памяти месяц жизни. А у тебя всего лишь…»
— Мне тут в общих чертах всё рассказали… — начала она, глядя мне в глаза, но не смогла закончить — сбилась, отвернулась, покраснела.