«Зачем портить игру?»
До ужина, обещанного распрекрасной Хлое, оставалось чуть больше часа, и я зашёл к себе в блок — как будто для того, чтобы подготовиться. Так оно и было, да только не об ужине я размышлял…
— Как прошёл твой день? — встретил меня Чарли, едва я переступил порог комнаты. — Всё хорошо? Или были проблемы? — и он пошевелил острыми ушами с кисточками на концах.
Свин не напоминал, что ему было скучно одному: сегодня я никак не мог взять его с собой, во всяком случае, днём. Но вечером другие правила, а что можно жаловаться на одиночество, я ему уже объяснил. Друзья имеют право и прямо-таки обязаны выражать своё недовольство, если что-то не так.
Под «одиночеством» мы оба понимали ситуацию, при которой свин сидит у меня в комнате без живого общения с людьми. Он мог подключиться к Сети, но что это меняет, когда рядом нет того, кто дорог? Для Чарли это было неправильно — всё-таки его создавали быть компаньоном, наперсником, другом! «Каково ему будет, если я…?»
— Ты возьмёшь меня на вечер?
— Извини… Сегодня никак.
Проигнорировав кресло, я опустился прямо на пол — давно этого не делал, но вдруг захотелось. Так было надёжнее — удобнее думать. Как же описать мои проблемы? И надо ли ими делиться с Чарликом? Он уже чувствовал, что что-то случилось. Беда в том, что и я не мог толком оценить создавшееся положение — куда уж малышу, который продолжает учиться! Впрочем, он уже не был таким малоопытным…
Жубер пообещал, что узнает, если я посмею рассказать всё Инфоцентру. Как и с неведомыми друзьями и угрозой, это могло быть блефом. Но представим, что так и есть.
Дня начала: как он узнает? Каким бы умным он ни был, но взломать центральный логос он бы не смог! Если он не мегагениальный программист, разумеется. Но программист-шовинист — это что-то совсем новенькое! Жубер из другой службы — из Отдела Безопасности. Он представляет алгоритмы действий ИскИнов, но не может повлиять. С другой стороны, зачем? Хватает того, что он знает о существующих технологиях и умеет с ними управляться.
«Ему и не нужно никого взламывать!» — я широко улыбнулся и посмотрел на Чарли, который заинтересованно смотрел на меня, вращая пружинистым хвостиком. Смотрел молча: «не мешать, когда я думаю», он тоже уже научился.
Жубер не программист. И сколько бы их там ни было, программистов среди них точно нет. Они применяют другие методы… Зачем взламывать логосы, если можно проверить активность коридорных камер, микрофонов и датчиков движения? Эти приборы — неотъемлемая часть камиллов, опекающих свой сектор коридора, а вот логосы подключаются туда лишь в случае необходимости. Скажем, когда им сбрасывают информацию о каком-то человеке, они сию же секунду проверяют его месторасположение. И чем заметнее этот человек, чем значительнее та роль, которую он играет, тем больше нагрузка на «глаза» и «уши».
Замерив «нулевую» активность нагрузки на средства слежения, легко ловить изменения — и сразу видеть, подключился ли логос, как именно это произошло и кого он стремится выследить. Для сотрудников Отдела Безопасности такая проверка — часть рутинной работы. Правда, так они присматривают за тем, как функционируют защитные системы. Кто будет беспокоиться о поведении логосов? Ну, так никому и в голову не придёт устроить шантаж, фактически, взяв в заложники целую станцию!
Конечно, я могу попросить, чтобы Инфоцентр ограничился Базой Данных и ни в коем случае не искал Жубера среди обитателей станции… Но у ИскИнов такие операции обязательны к выполнению. Они не могут отменить эту последовательность. Проверка «объекта» — это в первую очередь проверка безопасности для него. Как в старом добром КТРД, который не обмануть и не отключить, выполнение такого алгоритма абсолютно. Словно нервный импульс для человеческого организма…
«Вот что он имел в виду! Он не может узнать, что именно ИскИны собираются сделать, но всегда в курсе, когда и как интенсивно думают о нём. Если так, логосов лучше вообще в это не втягивать. Можно только представить, как они отреагируют на человека, угрожающего кого-то убить!»
Значит, я не могу воспользоваться и альтером тоже: любой разговор, не важно с кем, проходит через Инфоцентр. Упоминание имени, намёк на опасность — и сработает всё тот же алгоритм.
Три года посредничества не проходят бесследно: я не только разгадал эту часть замысла, но и сумел увидеть его красоту. Ловко он меня подловил! И можно бы прикинуться дурачком и рассказать всё Инфоцентру, но как докажешь, что я не знал о последствиях? Любая провокация чревата. И если я осознанно поставлю под угрозу чужую жизнь, Жубер тем более добьётся того, чего хотел — дискриминации «искусственных людей». Только цена будет другой…