Главное, я перестал паниковать. Они не были сверхлюдьми с суперразумами, которые смогли обмануть всех и вся. Просто кучка безумцев, которым удалось остаться незамеченным, да и то лишь временно. Очень скоро они проиграют. Вопрос лишь в том, как именно. И какой ценой.
«А может быть, надо встать — и сказать вслух, что вот этот человек с «Ноэля» угрожал мне, и вообще он опасен? Неужели его не смогут скрутить?» — подумал я. В зале сидели взрослые граждане, здоровые и способные дать отпор… И тут Жубер приподнялся со своего места и поинтересовался у Главы Станции:
— Тот знаменитый андроид А-класса, он ведь здесь? Я могу задать ему вопрос?
— Напрасно вы спрашиваете у меня — обращайтесь прямо к нему, — ответила она с терпеливой улыбкой.
— Понял, — нервно усмехнулся он. — Я вообще не от себя… У меня приятель подумывает записаться в ваш ТФ, и он просил уточнить: камиллы, которые там, в куполах, они в порядке? Они правильно настроены? Они ведь не хуже, чем на станции?
— Они лучше, — ответил я, зачем-то вставая. — Для отбора камиллов в купола был введён специальный экзамен. Главное требование к ним — расширенная многофункциональность. И мы сейчас успешно опробуем новые стандарты размещения, так что вашему приятелю понравится, — пообещал я, постоял, ожидая продолжения, но поскольку продолжения не последовало, опустился на своё место.
Если Жубер хотел подчеркнуть этим вопросом, что он тут теперь точно не один, у него получилось и это, и демонстрация своей неуверенности: вчера он говорил иначе. Потому что у него не было доказательств присутствия «приятелей», и он мог только запугивать. Теперь же, когда Ань не просто был здесь, но имел свою «легенду», можно было намекнуть, опираясь на конкретные факты.
Лжецом он был так себе, и это обнадёживало. А убийцей? Риск никуда не делся. Я мог относиться спокойно к перспективе собственной смерти — в конце концов, не привыкать! Но кто-то другой…
Видимо, в таком же ключе размышлял Хёугэн, когда предлагал подумать над «идеей самостоятельного обезвреживания» — так замысловато было названо примитивное «навалиться и сбить с ног», причём один на одного, ведь возможность совладать вдвоём с одним преступником мы упустили. Как это выполнить, не повергая опасности чужую жизнь? Его жизнь? И как, если на то пошло, убедить себя, что их действительно двое? Потому что бывший инспектор проанализировал гостей станции и так решил? А что если у них имеются сообщники, которые ждали этой СубПортации, затаившись на станции?..
Исключения заставляли сомневаться, что система работает эффективно. Умом я понимал, что ни у кого не абсолютной силы, и СПМ вполне могли пропустить Жубера и Аня. Кто осмелится потребовать от них стопроцентной эффективности? Даже ИскИны ошибаются! Но вера подразумевала безупречность. Был Мид. Были и другие «почти преступники». Значит, каждый под подозрением?
Возможно, Жубер ожидал этого психологического эффекта. Но важнее, что я, ощутив и оценив эту разочарованность, иначе взглянул на запрет рассказывать окружающим о шантаже. Я не мог встать и сказать: «Смотрите, люди, среди вас сидит человек, способный на убийство!» — и проблема доказательства тут ни при чём. Мне поверят. В то, что я говорю, поверят. Но когда это чудовищное преступление вскроется, как жители станции начнёт смотреть друг на друга? И особенно — на гостей из Солнечной системы? Как Дане, Зейду и остальным отправляться туда, откуда прибыли подобные безумцы? Какой станет сепарация, если они будет основываться не только на «мы сделали», но и «они совершили»? У Центра в прошлом и так достаточно преступлений, теперь же начнётся такое…
Молчать. Улыбаться. Смотреть в спокойные глаза Жубера и ничем не выдавать своего отношения к его словам. И пусть это ложь по отношению к остальным тильдийцам, вмешивать их в наши игры намного опаснее, чем исполнять свою роль.
«При том, что любой из них может быть ранен и даже убит? — спросил голос внутри меня. — Тогда ты скажешь? Или, если преступники смогут удержать секрет своего участия, ты будешь продолжать это проклятую игру? Какое право ты имеешь скрывать от них правду? Тебе что — выдали разрешение заботиться о них?»