Но утрата прежней фамилии мало что изменила. Как и раньше, они делили на шесть радости и беды, ходили друг к другу в гости, обменивались опытом, как по работе, так и в непростом искусстве родительства. В шутку их называли «кластером», как камиллов одной специализации. Они не обижались. Несмотря на существенные различия во внешности, Нортонсоны были очень похожи по характеру: ответственные и надёжные, как Рут, спокойные и внимательные, как Шьям. И когда Реншу Эспин развёлся, его единственного сына взял к себе брат-близнец Хенг Ремизов, чей брак был намного прочнее.
Развод — событие чрезвычайное, почти такое же, как убийство. Сразу несколько служб принимаются старательно копать: где, как, почему допустили, что два человека, принявших на себя почётную ответственность растить детей, вдруг расстались? Правда, в случае с Эспинами ответ лежал на поверхности: Грета так и не смогла отказаться от своего тэферства. Выбор, который она сделала после встречи с Реншу, был неправильным. Она ошиблась с оценкой приоритетов. Но ей понадобилось время, чтобы осознать свои подлинные потребности. Вот только это время принадлежало не только ей…
Так или иначе, однажды Грета поняла, что её не устраивает спокойная работа в климатологической лаборатории — она хотела на планету, к живым ураганам и смерчам. Уютная семейная гавань рядом с невозмутимым Реншу и его дружелюбной роднёй стала в тягость. Ей требовалось другое, совсем другое. Дождавшись, когда Фариду исполнится пять, Грета заявила о своём желании расторгнуть брак. Поражение в правах её не пугало, как и испорченная репутация: в ТФ не смотрели на ошибки прошлой жизни.
К радости семейных консультантов, для мальчика не пришлось искать приёмных родителей: у Ремизовых он бывал чаще, чем дома — из-за кузена Теодора, который был младше его всего на год (реальная же разница составляла полтора месяца). У них даже прозвища были парные: Фьюр и Тьюр.
Итак, Фьюр расстался с мамой, но в целом его жизнь мало изменилась. Конечно, произошедшее оставило свой след, и мальчик временами отыгрывался на окружающих. Однако его угрюмый и вспыльчивый нрав легко компенсировал спокойный брат, отец с дядей были готовы поддержать, да и другие члены кластера были рядом. Флегматичные Нортонсоны продолжили семейную традицию, перенеся рабочие принципы в область домашних отношений: жизнь не идеальна, конфликты — нормальное явление, надо успокоиться, сесть, поговорить и вместе подумать, что можно сделать. Фьюру достаточно было получать подтверждение, что его любят, что его вообще можно любить, что он не дефективный, никому не нужный урод.
Постепенно он перестал винить себя в разводе родителей. Казалось, ещё немного, и мальчик захочет общаться с матерью, от которой он даже подарки отказывался принимать. С другой стороны, Фьюр начал интересоваться работой Отдела Безопасности, старательно изучал Восточный сектор и вместе с братом выполнял несложные поручения. Его не смогли затащить ни в один школьный клуб — зато он назначил себя «стражем порядка» для всех клубов, так что ему с Тьюром просто выдали повязки дежурных…
А потом случился «Кальвис».
Едва прозвучал сигнал тревоги, братья кинулись в направлении, противоположном эвакуации. Несколько часов их считали погибшими, пока они бродили по лабиринту тёмных коридоров, освещаемых лишь огоньками КТРД. Они могли наткнуться на «бэшек» или забрести в участки, где был нарушен радиационный режим. Но ничего такого, что угрожало бы их физическому здоровью, не произошло. Когда же их нашли — после того, как логосы вернули себе контроль за информационными сетями и, соответственно, сигналами альтеров — Фьюр и Тьюр сидели возле своих мёртвых отцов. Нашли тела, дотащили их до освещённого участка и остались рядом.
На станции, ведущей автономное существование, смерть была регулярной гостьей. Как правило, она навещала шахтёров и тэферов. Инженерная, Строительно-монтажная и Энергетическая службы также считались опасными. И вообще, никто не был застрахован от несчастных случаев. Гибель восемнадцати человек потрясла всех, но само событие — бунт андроидов — нарушило привычную картину мира. Когда же на «Тильду» начали прибывать переселенцы, испытавшие настоящий кошмар, осиротевший кластер отодвинулся на задний план.
Возможно, это сыграло свою роль. Или то, что Фьюр и Тьюр видели и слышали в тот день — и о чём они никому не рассказывали.