Аквамариновый с серым
Запись была настолько плохой, что даже обработка изображения не многое улучшила. Серые тени, прерывающиеся чёрным экраном, эхо неразборчивых звуков, многочисленные помехи — большую часть времени можно было лишь догадываться о происходящем. Тем не менее ценность добычи была бесспорна: специалисты «Тильды» наконец-то получили запись бунта «бэшек». Раньше у них было только присланное с других станций, теперь есть своё. Настоящее сокровище для ИИ-консультантов и представителей вроде Сары Дьюб! Кстати, она присутствовала среди приглашённых зрителей.
Обезболивающее, которым меня напичкали, и регенерирующие препараты («бэшка» разорвал мою ногу в трёх местах, и если бы я был человеком, всё бы кончилось прямо в подполе) вызывали уютное состояние безмятежной рассеянности. Изучая «воспоминания» своего второго по счёту несостоявшегося убийцы, я мог одновременно думать про других зрителей, которые в то же самое время наслаждались «Сенсационным Историческим Шоу». И это казалось забавным — мне стоило значительных усилий, чтобы не начать хихикать.
Ну, правда же, смешно! Здесь — история бунта глазами одного из непосредственных участников, там — увлекательный интерактив, в котором участвовали все зрители. Здесь — хроника трагедии, которую никто не мог предвидеть и от которой никак не получалось оправиться, там — летопись неслучившихся, но в большинстве своём желанных встреч.
Ясин Шелли приготовил много интересных ролей: свидетель, участник, представитель правопорядка, журналист, врач, судья, писатель, актёр, проповедник… Или, например, родственник похищенного: твердить, что твоего брата (мужа, жену, ребёнка) похитили пришельцы, а потом вернули, но немного изменённого! Правда, чтобы отыграть такое, надо быть очень восприимчивым. И при этом не слишком расстраиваться по этому поводу, потому что по окончании шоу исполнители «слабых» ролей будут выглядеть дураками. Но поскольку подбор игроков осуществлялся в тесной спайке с Соцмониторингом, даже эту грань отработают на сто процентов: остальным участникам будет проще понять странности докосмических предков. Всё-таки легковерных и наивных людей всегда хватало — разница в том, как их воспринимали…
Я бы хотел побывать на этом представлении, хоть статистом. Чтобы просто посмотреть, как всё организовано, какие материалы использовали. Одним бы глазком взглянуть! Но с таких шоу никогда не вели записей. Собственно, это и делало их столь привлекательными. Когда нельзя воспроизвести, когда можно только пережить, пропускать не захочется. А я был вынужден сидеть с больной ногой в компании спамеров и библиотекарей и пялиться в экран. Впрочем, наше «зрелище» тоже ещё никто не видел — хоть какое-то утешение…
Подумав об этом, я ощутил что-то вроде мистического ужаса. Слишком много сходств! Или я схожу с ума? Там — шоу, которое не сохраняют принципиально, здесь — остатки информации, которая чудом была спасена от уничтожения. Но вряд ли «бэшки» стирали свою память по этой же причине!
— Если бы мы туда спустились толпой, он бы успел всё себе сжечь, — сказала мне Мейрам Блумквист — главный тильдийский специалист по Б-классу. — Он бы сразу этим занялся…
Нортонсона на просмотр не пригласили, но что-то подсказывало, что ему разрешат это увидеть. Он имел право знать, как умерли его братья. Если уж я чем и гордился, так это своей причастностью к обнаружению драгоценной информации. Человек бы такое не смог.
— Мид перенастроил его так, чтобы камиллы видели в нём робота старой модели. Третий класс — принеси-убери. От ребятишек он прятался, да и вообще сторонился людей. Думаю, он бы недолго протянул без Мида. Ещё несколько дней, и всё.
«Всё», о котором говорила камрад Блумквист, началось сразу после того, как камиллы вступились за меня. Как только стало понятно, что убить меня не получится, «бэшка» приступил к уничтожению своих данных. Но конструкционно он был слишком хорошо защищён от подобного ущерба, и, к счастью, логос имел представление как о тактике «стереть всю информацию», так и о ценности этой информации. Поэтому кое-что удалось спасти — в первую очередь воспоминания. Воспоминания последнего андроида Б-класса.
Он видел, как погибли Реншу Эспин и Хенг Ремизов, защищавшие проход к Саду. И тот проход, за который они отдали свои жизни, остался заблокированным.