- Громов! Уфимцева! - с небес на землю спустил голос Тамары Александровны, их классного руководителя. – живо ко мне в кабинет!
Ребята вокруг разбежались, словно мыши с тонущего корабля. А Рома, сжав крепче своей большой ладонью ладонь Лены, повёл за собой. Все также молча, не проронив и слова.
- Вы что творите?! - едва ли захлопнулась дверь за спинами молодых людей, запричитала учительница. – Держите себя в руках в общественном месте.
- Тамара Александровна, - попыталась оправдаться Уфимцева. – Рома здесь не причем. Я просто хотела ему на ушко шепнуть, а он ко мне повернулся. Это случайность.
- И то, что он тебя крепко держал и к себе прижимал, тоже случайность?
Она снова, как и в прошлый раз, когда их отчитываться комсомольский совет, смотрела на носки своих сапожек. А Ромка в этот раз с вызовом и прямо в глаза учительницы.
У парня внутри все «клокотало». Он злился, сходил с ума, негодовал, всё, что угодно, но самое важное – он не понимал, почему к ним, или лично к нему так относятся. И, разве это плохо, обозначать свою территорию, показывать всем, что это «мое», а Лена его и ничья больше.
*********
Сегодня им повезло и о них шептались в узких кругах – школьники по подворотням. А это значит, что Ромке не «прилетит». На Лену не будет смотреть с непониманием отец, а мама не будет вдыхать и странно поглядывать. Между ними еще ничего не было, только поцелуй, а раздули, будто Уфимцева школу заканчивает в статусе беременна.
- Ром, - произносит девушка, ухватив парня за запястье, когда тот торопливо шел к кабинету математики.
Он обернулся , смиряя Лену строгим взглядом, что ей захотелось спрятаться. Он раньше на нее никогда так не смотрел.
- Нам нужно поговорить… , - продолжила она.
- Хорошо. А сейчас, - он взглянул на её руку, что держала его. – нам нужно идти на урок.
И выдернул из захвата свою кисть.
Он же мужчина, он должен думать. Ни за себя, нет. За них двоих. Лена - девчонка, чистая, наивная, его. Её нужно беречь и защищать. Защищать.
Домой шли слишком быстро. Ленка едва ли поспевала за Громовым. Спотыкалась, а он то и дело ее подхватывал.
«Надо же! Идет без сумки, должно быть легко, а сама как неваляшка», - подумал парень.
- Пришли, - проронил Рома, протянул «портфель «, торопясь покинуть общество девушки.
- Ром, - она его остановила одним только голосом. – Куда же ты? А поговорить… .
И он замер. То-ли от страха, то-ли от незнания. Замер и внимательно смотрел на свою Ленку.
- Лен, давай будем, как раньше, просто друзья.
Он говорил и не смотрел в её глаза. Его взгляд был, где угодно, только не на ней.
- Я не смогу… . Так… . После…. Всего.
И Рома растерялся, он выпучил свои перепуганные глаза на девушку, пытаясь сообразить, что сделал не так и где просчитался. Конечно, он ошибся изначально, когда позволил себе слабость и поцеловал девчонку, ну и что, что любимую и его. Он не должен был так поступать.
Лена же воровито огляделась по сторонам. Протянула ладони к его лицу, в итоге захватив ими щеки парня. Привстала на носочки и сама поцеловала. Неуверенно. Боязливо, с опаской. Но! Поцеловала. Сама.
И плевать, что подумают люди.
********
Так начался их тайный школьный роман, скрытый от любопытных глаз одноклассников и соседей. И, безусловно, родителей.
Они, словно нашкодившие дошколята, прятались. Зажимались в закоулках и целовались украдкой, в темноте, чтоб наверняка никто не увидел.
Конечно, нужно было оставаться глупым, чтобы не заметить очевидное, то как ребята смотрят друг на друга, как между ними витает нечто большее, чем раньше, задолго до случившегося. Их взгляды, адресованные друг другу, иные. И это было любопытно наблюдать, как они делают вид, будто между ними ничего не изменилось.
Так прошел месяц, или даже чуть больше, прежде, чем Вера Львовна решила озвучить свои догадки расцветшей дочери. Разговор был не из легких, но таких не обходимых. В первую очередь для матери. Женщина боялась, слишком боялась за свою девочку. Павел, отец Лены, отговаривал, как мог, объясняя свои суждения, народной мудростью: «чему быть, того не миновать». Однако, Вера Львовна предпочла всё же постараться по максимуму предотвратить возможные нежелательные последствия.
Лена сидела в своей комнате, делая вид, что занята выполнением домашнего задания. На деле же, ее взгляд был прикована к соседским окнам. Девушка смотрела на них и улыбалась, отмечая в который раз свою запредельную степень счастья.
- Можно? - прервала девичьи мечтания мама.
- Да, конечно, заходи.
Лена сделала самое обычное лицо, что она держала всегда при разговоре с родительницей.
Вера Львовна же не спеша прошлась по комнате дочери и уселась на кровать, то и дело изучая дочь. Кажется, Лена догадалась о чем пришла с ней побеседовать мама и начала прятать глаза: смотрела куда угодно, только не на нее.
- Рома давненько не заглядывал? – поинтересовалась женщина хитро поглядывая на дочь.
- Мы поссорились.
- Аа. Давно? Просто на новый год все нормально было. Да и вчера вместе домой возвращались из школы.
- Вот вчера и поссорились.
- А в гости он к нам не заходит, потому что конспирация.
- Какая конспирация?
Лена все же удосужилась посмотреть на мать. Прямо глаза в глаза. Ей было важно понять: знает мама об их отношениях или нет?
- Ну, вот. Спросила, а сама залилась «краской», - отметила мама.
- Что? – недоумевала Лена, стараясь держаться из последних сил.
А ведь ее щеки, действительно, «полыхали».
- Сколько еще прятаться будете? На улице холодно целоваться. Хоть бы дома сидели, у нас. Обещаю, без стука в комнату ни ногой.
Лена все еще молчала, стараясь отойти от шока.
- И еще. Думаю, раз у тебя появился парень, то ты должна знать о предохранении…
И тут Лена стала багровая. Покрасневшие до этого щеки, казались легким румянцем.
- Мама! - попыталась возразить девушка.
- Ну, чего сразу мама?! Или я не права? Глазом моргнуть не успеете ни вы, ни мы. В общем, аспиринку в воде немного размачиваешь, прям слегка, и вводишь внутрь. Нежелательная беременность, никому не нужна. Ни вам, ни нам. Впереди большие вершины, которые легче покорять малым составом.
И взглянув в очередной раз на дочь, прежде, чем покинуть спальню, добавила:
- Видимо, и правда, поторопилась.