- Алена! Подумай, солнце! Еще не поздно… .
«Нам просто не нужно было начинать,» - в голове монотонно, однако достаточно разборчиво.
- Прости, - скупое, на прощание.
И руки сами тянутся к шее, точнее к цепочке, что подарил он на восьмое марта.
- Не надо, оставь, - гулко, при этом отчетливо. – Пусть хоть что-то останется на память.
- Я не хочу обнадеживать.
И притягиваю золотую «ниточку» с кулоном к нему.
- Не надо, - шепотом. – Уходя. Уходи.
- Я буду ждать.
- Не надо.
- Люблю.
- Я тебе этого никогда не говорила… .
- Я знаю , поэтому еще больше люблю. Спасибо за честность.
Я стояла у подъезда и смотрела, как он садится в свою тайоту и хлопает дверью, смотрела, как заводит автомобиль и резко стартует куда дальше от моего дома, от меня.
Так будет правильно, так будет лучше.
- Извини, но я, правда, не хотела разбивать твое сердце… .
Иду. .., медленно, не торопясь, шаг за шагом поднимаюсь на свой третий этаж, к маме… .
- Это жестоко, Ален, - скажет мама, поглядывая в окно.
- За То честно. Не хочу никого обманывать. Это ведь жизнь.
Мне восемнадцать. Сегодня мой выпускной бал и Артем был рядом, улыбался, держал за руку, а когда сделал предложение стать его женой, услышал Не просто отказ… .
Это он не знал, что мы расстаемся. Он думал, что у нас все начинается. Это он не знал, что я давно все решила. Он думал, что знает правильный ответ и это будет мое тихое «да». Но все мы люди и все мы ошибаемся… .
Мы были вместе ровно год и три месяца.
Наша скупая, ни к чему не обязующая переписка. - его армия.
Мне. Просто. Было. Любопытно.
Друзья друзей его друзей. Друзья.
И встреча неловкая, но нужная.
Он мой опыт. Он мой учитель. Он пример: как надо, как правило, чтобы если по-взрослому.
Только так, а не иначе… .
А потом грузоперевозки , грузчики. И мы, я и мама, на чемоданах. Впереди другая жизнь. Новая. И огромное количество открывающихся возможностей.
Мы переехали. Нет. Не бежали. Теперь больше не бежали. Не от кого, да и зачем? Куда? Смысл?
Мы просто решили поменять жизнь. Переписать. Начать с чистого листа, поставив точку. Так правильно. Так уместно. Так будет верно.
Мы заслужили. Она заслужила. Мама.
Я никогда не говорила с ней о прошлом. Никогда не говорила с ней об отце. Скажете: Не считала нужным? Я просто думала, что рано. Пусть столько лет прошло, но когда придет время – заговорит. Сама. И не нужно будет вытягивать по слову, тянуть словно щипцами слово за словом… . Сама. Все расскажет.
Не смотря на то, что я все ПОМНЮ!!!!
А пока живу. Дышу и вкушаю новую жизнь. Уныние – это грех. Уныние – это боль.
Сколько бы не ломали, невозможно сломать сильного человека.
Глава 2.
Глава 2. Алина.
Год 2018. П. Дубравино.
Я снова плакала. Сидела в своей комнате на стуле у стола. Бездумно смотрела в окно и плакала. Я научилась это делать тихо, так, чтобы никто никогда не услышал и уж тем более не увидел моих слез. А кому они нужны?
Слезы – это показатель слабости. Слезы – это никому не нужная жалость. А меня никому не жалко. Даже, если выйду сейчас на кухню и посмотрю в его глаза, глаза самого родного и близкого человека, даже, если начну говорить и просить, он не услышит. Да, заплачет в ответ. Да, скажет, что он как всегда не прав и, я говорю верно.
Но, что изменится?!
Он снова кричит на нее, унижает, оскорбляет последними словами, хорошо, что не трогает. А она… . Она в очередной раз молчит, съедая каждую его грубость.
Не могу. Я так больше не могу.
Раскачиваюсь на стуле. Ладони, скрадывающие звук скандала, не помогают. Начинаю петь. Тихо, чтоб никто не услышал, кроме меня. Только петь не выходит, получается: читаю речетативом тексты песен. Плевать. Только бы не слышать.