До дому Лену вызвался провожать Антон. Парень давно имел виды на девушку, но раньше под ногами путался Ромка, а теперь путь открыт, можно приступать. Лена парню не отказала, да и темноты она побаивалась, если раньше всегда рядом был сосед, то теперь не стоило отказываться от предложения Стыбы.
Парень всю дорогу не замолкал, что-то рассказывал, шутил, ненавязчиво касался Лены, на что делал вид, будто не замечает ее недовольного взгляда, а потом и вовсе принаглел и у самой калитки решил поцеловать. На удивления девушка не противилась. Ей хотелось попробовать и понять, каково это чувствовать чужие губы вместо ЕГО губ, каково это ощущать чужие руки на своем теле, чужие не ЕГО. Каково?
И она поддалась. Антон был осторожен, ненавязчив, боялся спугнуть. Он целовал, а она отвечала. У парня от радости сердце заходиться начало. А потом она резко отвернулась и отодвинула его от себя.
Испугалась? – подумал парень.
- Извини, - выдала в ответ Ленка. – Я не должна была. Это неправильно. И больше не повториться.
- Почему? Лен, ты мне нравишься. Еще с первого класса нравишься.
- Потому что это неправильно.
- В смысле? Не понял?
- Клин клином это не про меня. И …. Извини, я просто хотела узнать каково это: целовать кого-то другого, а не ЕГО.
Она даже имя Громова боялась вслух произнести, потому что еще не зажило. Научиться жить с болью это одно, а вот изолировать боль и залечить ранку непросто.
Антон сглотнул от обиды, но заглянув в глаза девушки все понял и решил не давить, главное он обозначился, показал, что она ему не безразлична. А там… Столько лет ждал и еще подождет. И ушел…. . А Лена так и осталась стоять у калитки, подняв голову к звездному небу, что еще недавно было их общим, одним на двоих – ее и Романа.
О том, что Ромка не поступил в университет и даже не ездил сдавать вступительные экзамены она узнала гораздо позже, в сентябре. Хотя ее родители ей пытались об этом рассказать, когда она еще была дома. Боль и обида не позволяли слышать о нем ничего. А теперь все будто на свои места встало. И она с большим трепетом ждала момента, когда наступит тот день и она вернется домой. Ей отчего-то вдруг захотелось с ним поговорить. И обида ушла на второй план. Путь они больше никогда не будут вместе, но друга она точно не потеряет.
А когда студентка Лена Уфимцева вернулась в отчий дом, то была порядком удивлена – Рома, которого она знала исчез, растворился. Его будто подменили. Вместо жизнерадостного парня с приоритетами перед ней предстал типичный представитель периферии, обычный работяга, умеющий пить, курить и трахать девок.
Но она не расстроилась. Она просто поняла, что разговор неизбежен.
Они снова встретились в общей компании, когда за окном вовсю опадали листья. Конец сентября. Он в компании подвыпившей Надежды, что так ловко появлялась под его рукой, когда рядом была Ленка и еще каких-то новых девчонок, видимо из соседнего села. А она одна и на него смотрит, глаз не сводит. Рома тоже смотрел, в упор, а потом нагло прижимал к себе Надю и целовал, также смотря на Ленку.
Ей снова было больно, в который раз. Будто только что затянувшаяся рана дала трещинку и за кровоточила. «Зачем?», - спрашивал она мысленно у него, не отводя взгляда в сторону, а он молчал, продолжая нагло шарить тело Лукьяненко. Такое ощущение складывалось будто та служила каким-то отбойником, перегородка, стеной между ними, или же спасательным кругом для Ромы.
В этот раз она станется ни с чем. Громов, будто понимая, чего хочет Уфимцева от него, избегал ее всевозможными способами.
Они поговорят позже, чуть позже. Ни в этот раз. И этот разговор оставит неизгладимый след для них обоих.
На дворе октябрь. Ленка снова сорвалась на выходные из университета. И плевать. По родителям соскучилась. Одногруппники периодически подкручивали Уфимцевой, мол, дело молодое, жизнь студенческая, нужно пользоваться, пока от мамки с папкой оторвалась, но она словно их и не слышала. Улыбалась, отшучивалась и никому не рассказывала о своем Ромке, с которым вот уже который месяц желала поговорить наедине.
Сорвалась. Приехала. Выслушала от родителей порцию нравоучений и, дождавшись вечера, пошла. Компания собиралась на квартире у Золоторева, двадцати четырехлетнего парня, которого по-счастливому стечению обстоятельств повезло и родителей дома не оказалось. Старая, добрая компания вела себя по-взрослому. Все выпивали, ненавязчиво беседовали, чувствуя себя взрослыми и, можно сказать, познавшими жизнь. Выпивал и Ромка. А Лена понимала, что и в этот раз он будет от нее бегать и дабы набраться смелости, громко выдохнув, опрокинула внутрь рюмку самогона. Ромка, кажется, психовал, сжал челюсть, чуть ли не хрустел зубами и взгляда от нее не отводил. Она же ждала, когда подействует. И постепенно начало накрывать. Легкая нега по телу и дымка в голове, для смелости то, что нужно. Рома встал с диванчика и пошел к выходу. Недолго думая, раскрепощенная девушка пошла за ним. Сейчас она ему все скажет и заставит расставить все точки. Только открыла дверь, как на нее зло смотрел громов.