В итоге, в этой большой просторной зале я одна. С выключенным телефоном в руках и огромным количеством вопросов, на которые, кажется, я не найду ответов никогда. Словно папино и мамино прошлое – это великая тайна за семью замками, а мы случайные свидетели оставшихся и плохо спрятанных осколков их воспоминаний.
*****
Они в очередной раз ссорились. Родители…. Я тайно радовалась, что папа не был пьян, а это значит, что у него хватит силы воли не поднять руку на маму, что он позволял себе неоднократно будучи в не трезвом состоянии.
Крики нервировали. Уже по отлаженной привычке я затыкала уши, тихо пела и старалась не черкать ручкой по листку тетради. А в голове вопросы: почему все именно так? Почему папа вместо того, чтобы радоваться рожденному внуку и таким светлым новостям ругается матом и обвиняет мать в плохом воспитании их общих детей? И где мы не воспитаны?
- Можно? – мой поток мыслей прерывает Игорь.
Он почти неслышно проходит в комнату, прикрывает дверь, огораживая нас этим барьером от доносящихся звуков скандала. Будто это нас спасет и позволит ничего не видеть и не слышать, не замечать.
- Вот скажи, почему? – не выдерживаю я и спрашиваю, дрожащим голосом.
Смотрю непоколебимым взглядом в глаза брата и пытаюсь найти ответы. А он молчит. Смотрит прямо и молчит. Видимо ответы на интересующие меня вопросы найдутся не скоро. Да и найдутся ли?
- Аль…
Игорь подходит ближе. Обнимает за плечи своими почти взрослыми ладошками и так понимающе одаривает взглядом.
Я же смотрю в окно, отрешенно. Сижу за свои письменным столом и много думаю о том, о чем даже моим одноклассникам в голову не придет.
- Я не в праве отвечать на такие вопросы. Это не мои секреты, о которых я мало, что правильно знаю и понимаю. Понимаешь?
Гляжу на брата.
- Я, правда, мало что помню. Она приходила раньше, когда мы были совсем сопляки….
- Алена?
- Да, Алена приходила в гости к папе….. и к нам. Катала меня, потом тебя на коляске, но почему-то больше старалась проводить времени с отцом. Они много говорила, за этот час в гостях. Точнее говорила она. И я помню, как она на него смотрела.
- А на нас, Игорь? Как она смотрела на нас?
- Как на своего брата и сестру.
- Я ее не помню, почти.
- Ты была маленькая. Когда она приходила последний раз тебе еще и пяти не было. Ты не должна это помнить, Аль. Ну, не плачь, Алин. Ты ни в чем не виновата. Понимаешь? Это не наши обиды… .
Я плачу… Ы, действительно, плачу. Чувствую, как по моим щекам катятся солоноватые ручейки.
- Стремные непрошенные слезы, - хриплю, вытирая тыльной стороной ладони следы своей слабости, и улыбаюсь, так по-дуратски улыбаюсь. Скорее от нервов, чем искренне.
- Не плачь, Алька. Не надо, пожалуйста.
Смотрю на брата и впервые задумываюсь: откуда у него, такого юного парня, мальчишки, столько силы духа? Он ободряюще мне улыбается. Подмигивает, а потом обнимает. Крепко прижимает меня к себе.
- Все будет хорошо, сестренка. Все у нас будет хорошо. У тебя точно.
- И у тебя, - шепчу, шмыгая носом.
- И меня, наверное.
- Не, наверное, а точно.
- Как скажешь. А теперь, - брат протягивает мне наушники, достает свой телефон и включает Элджея – Пусть нам будет также по хрен, как этому мудиле.
Игорь широко улыбается и ободряюще подмигивает. И эта улыбка отражается на моем лице. У нас наверняка все будет хорошо. Я в это верю.
Уважаемые читатели!!! Мой больничный лист закрыт. Поэтому проды пятница, суббота, воскресенье.
Но! Выходные выдадутся достаточно тяжелыми. Поэтому ничего не обещаю.. Собственно, малый кусочек из желаемого на ваш суд)).
Глава 14.
Глава 14.
Дубравино 1991 год.
Лена все-таки дождалась его, своего Ромку.
Это было сложно - ждать. В принципе было сложно.
Она несколько раз пробовала забыть, выкинуть из головы и вычеркнуть из жизни, как не нужную запись, этого парня, что сделал невыносимо больно и изранил ее наивную девичью душу. Первым был Леня Петрушин – одногруппник. Он так красиво ухаживал. В силу своего возраста и средств красиво. Ждал, помогал, придерживал, носил сумку, провожал, а потом ему надоело ждать и Ленька поставил вопрос ребром. Лена «помялась», краснея от стыда, что так и не смогла впустить в свое сердце этого парня, но все же ответила еле слышно твердое «нет». Потом был местный Казанова университета Эдуард Конюхов. Девчонки вокруг него вились, как пчелы на мед, но видимо именно своей непокорностью студентка Елена Уфимцева и покорила столь яркую персону учебного заведения. Но как не крути, даже ему не удалось победить эту крепость. «Бастилия» не была взята, зато сердце Эдика наконец-то познало великое чувство – любовь. Расставались тихо и мирно, полюбовно, решив быть просто друзьями. И вот здесь следует заметить: если Лена думала, что их отношения, действительно дружеские, то Конюхов в глубине души таил надежду, что рано или поздно Лена сдастся и поймет, как сильно он ее любит.