Они снова стали друзьями, почти друзьями. Громов из шкуры вон лез и вел себя, будто ничего и не произошло между ними и это не он ее лицом в грязь собственноручно, а она… А что она? В итоге сдалась. С начала научилась искренне улыбаться в его присутствии, как и раньше, потом делиться жизнью той, о которой Громов даже и не подозревал, той которая ему очень много времени была неинтересна. А тут с широко раскрытыми глазами и не в пол-уха, с проявлением живого интереса, лишь бы узнать и знать о ней все: чем «дышала», как умудрилась прожить без него.
С каждым сказанным ей словом парень лишний раз убеждался в своей правоте – не остыла. НЕ остыла Ленка к нему. Он тайно сжимал кулачки от этой маленькой победы и ступал дальше маленькими шажками по завоеванию ее доверия, ее сердце уже было в его кармане. А все остальное? Время в помощь.
******
Ему торопиться не куда, он уже определился. За исключением одного факта – пузо на нос. И с этим нужно бы что-то делать, а точнее поспешить. В тот вечер он недолго думал. Пришел чуть раньше обычного к самому Павлу Николаевичу, разговор ведь предстоял серьезным.
- Главное самому в это верить, - сказал себе прежде, чем переступит порог дома Уфимцевых, Рома.
Он казался уверенным в себе, проявившим серьезность, не улыбался, глаз старался в сторону не отводить, когда дядь Паша пытался разглядеть в соседском парне то, что, как казалось мужчине, тот умело скрывал.
- А теперь ответь мне такой вопрос, Ромка, - и прямо в глаза, - зачем она тебе?
- Люблю.
- Мне можешь не врать.
- Я, правда, люблю вашу дочь и всегда любил.
Павел Николаевич молчаливо ухмыльнулся, собираясь что-то сказать парню, но в комнату вошла Ленка.
- Лен, выходи за меня, - Рома не делала предложение и вовсе не спрашивал, такое ощущение, что он все решил за нее и за себя сразу, да и думать тут нечего было. Все итак понятно.
Девушка опешила от неожиданности. Между ними только - только стало наклевываться доверие и тут такое. Непонимающим взглядом она одарила Громова, мол «зачем так шутить?», но Ромка даже «ухом не повел», так и не оторвал глаз от перепуганных Ленкиных. Девушка же в ожидании поддержки или же наоборот долгожданной словесной оплеухи посмотрела на отца, тот же терпеливо молчал и внимательно разглядывал дочь, понимая, что там больше «да», нежели «нет».
- Делайте, что хотите, - выдал мужчина и покинул комнату.
- Ну? – теперь уже поинтересовался Роман, потому что это молчание его напрягало. Он думал, что все пойдет быстрее. Чего тут думать? У них будет ребенок, Ленка его любит, он ее тоже, вроде как.
- Ты меня извини, конечно. Но мне подумать нужно, - неожиданно для них двоих, ответила она.
Разговор с родителями был тяжелым. Для Лены. Мама просила все хорошенько взвесить, а отец лишь одернул жену, сказав, что кто-то и на ошибках должен учиться. Уфимцева непонимающе посмотрела на отца, нахмурила брови, не понимая, что это - благословление или же нет?
Вера Львовна не принимала позицию мужа, пыталась до него достучаться и даже повысила голос на глупую Ленку.
- Он тебя раз уже предал! Ты на что надеешься?!
А она ничего не понимала. Он же ее любит. Ошибся раз, а потом и вовсе выдала, поглядывая на отца
- На ошибках учатся. Он ошибся и понял.
Дядя Паша тяжело выдохнув опустил голову вниз. А Вера Львовна в итоге отмахнулась:
- Взрослая, детей делать научилась. Вот и думай сама. Чего решишь, так и будет.
Свадьбу назначили на середину февраля, Ромка сказал нечего тянуть, А Ленка молча согласилась. Она с того дня как Громов сделал ей предложение будто в тумане находилась или в каком-то волшебном сне, но соображала слабо. Однако не отодвигая, а даже наоборот купаясь в эйфории и чувстве счастья – выйти замуж за любимого человека.
Да – банально. Да- по залету. Да – как большинство в эти годы, да и не только в эти. Самое важное миновав позор, потому что в поселке все еще придерживались старых канонов, а это значит вступить девушке в половую связь до свадьбы – клеймо на всю жизнь, автоматически проститутка без разборок и права на оправдание. Жестко, но это было и оставалось в далеком девяносто втором.
******
Сама же свадьба отгремела на весь поселок. Красивая, дорогая, ведь Уфимцевы не последние люди. А за спиной шептали, что расчет, а за спиной твердили, что деньги должны идти к деньгам, что выгодная и правильная партия была бы в лице Антона, но Ленке было наплевать или не до этого, хотя больше всех злился Ромка. Его –то сплетни стороной не обошли, да еще и непонятные колкости от коллег.
Громов держался молодцом, виду не показывал и перед свадьбой и после и спустя месяц. За то Вера Львовна была вынуждена сдаться, ее хватило до тех пор, пока в начале августа на свет не появилась внучка.