Это очень приятно и важно, когда есть живая реакция. Спасибо.
Глава 22.
Глава 22.
Дубравино, 1998 год
Лена в ту ночь не сомкнула глаз. Она больше не плакала, тихо уткнувшись в подушку. Слезам она предпочла включить мозг и хорошенько подумать. Решение созрело. И взвесив все за и против, она знала, что в это утро им с супругом предстоит серьезный разговор: темой которого станет развод.
Да, ей было больно невыносимо больно принимать такое решение, но другого выхода не было. Она не хотела загубленной жизни дочери. Она не хотела, чтобы с ее Аленкой повторилась судьба Ромы Громова, часто страдающего от отцовской тяжелой руки. А самое важное в голове у Громовой не укладывалось, почему он ее ударил. Не поговорил, не объяснил все как есть, а именно ударил.
Это утро она встала раньше обычного. Уже по традиции приняв душ и накрасившись, крутилась на кухне. Несмотря на все события случившееся вчера вечером, завтрак никто не отменял. А у нее есть дочь, которая, как только откроет глазки спросит чего-нибудь поесть. Когда каша была готова, а дом все еще спал, женщина решила перекусить. В рот ничто не лезло, поэтому глядя в окно, она размешивала сахар в чашечке с чаем. От кофе она отказалась, несмотря на то, что очень любила. Частые головные боли давали о себе знать.
- Лен, - раздалось у ее уха.
Она даже дрогнула от испуга. Ромины теплые руки коснулись ее живота и прижимали к себе.
- Прости…
Он прижимал ее к себе, стоящею к нему спиной. Крепко прижимал, не желая выпускать из объятий.
- Я – дурак. Я не прав. Этого больше не повториться.
У Ленки в горле стоял комок. Душа разрывалась на части. Он же предатель! Он же самый настоящий предатель, который не только ей изменял, но и маму ее посадил, умело воспользовавшись тещиной «добротой». Она не выдержала. Она не хотела плакать. Шмыгнула носом, а по щеке скатилась непрошенная слеза.
- Зачем ты так с ней? Зачем с нами, Рома? – шептала она.
Громов развернул ее к себе лицом, обхватил ладонями щеки и сделал так, чтобы она смотрела в его глаза.
- Так надо, солнце. Просто поверь мне, так надо. Это не повод бежать прочь и разводиться. Понимаешь, я ведь тоже под прицелом и на волоске. Меня в любой момент могут повязать. Понимаешь? Там кто-то таких делов наворотил. Мне на самом деле кажется, что это руководство свое бабло отмывает нелегальное. Потом сама понимаешь время непростые. Может там у них с «крышей» проблемы, а мы все страдаем?
- Ром, - шептала она срывающемся голосом. – А Барякина тогда зачем?
В лице мужа ей ничего не удалось прочитать. Оно было каменным без единой эмоции, несмотря на то, что что-то в его глазах и промелькнуло, слишком быстро промелькнуло.
- Так нужно, понимаешь? У меня с ней ничего не было, а слухи. Нам просто кто-то завидует. Я ее близко к себе держу, потому что она бухгалтер. Она много чего знает. Думаю, она нам и поможет Веру Львовну вытащить.
«Завидует, - подумалось Ленке. И она незаметно ухмыльнулась. – мама что ли родная завидует?» Но этого она говорить Роме не стала.
- Прости, солнце, - шептал он, целуя ее виски, губы, щеки. – прости, родная.
- О, вы померились! Ура!! – раздался за их спинами счастливый Аленкин голос.
****
Ленка опешила. Уж чего-чего, но этого «Ура!» и «Вы померились», она никак не ожидала. Ей вообще показалась, что девочка шести лет от роду ничего не может заметить, а она заметила и сделала свои выводы.
- С добрым утром, моя принцесса! – выдал Ромка, как ни в чем не бывало. - Садись за стол, сейчас нас мама будет кормить.
От Ленки Громов ни шагу не сделал, не выпустил из объятий, что так тяготили женщину, не отступил в сторону.
- А ты подумай. Хорошо подумай, - шепнул мужчина на ушко жене, и тут же чмокнул ее в носик. – Я тебя люблю, Лена.
Завтрак проходил будто в каком-то сне. Лена на «автомате» накрывала на стол, поддакивала не в попад и слишком много думала, не отводя глаз от дочери. «Каково ей будет без отца?» и потом это ведь был единичный случай. Решение пришло само собой «Посмотрим, а там видно будет. Тем более он говорил, что знает, как помочь маме».
Вечером Громова все еще находилась где-то в своих мыслях. Пережитая пытка не выходила из головы и лишний раз наводила на мыли о свершенной ошибке в принятом решении, но … .Лена с какой-то дикой любовью к прошлому, тому совместно пережитому, что у них было успокаивала себя и в очередной раз себе повторяла, что принятое решение является верным. Нельзя ребенку без отца, а Рома ведь не обидел Алену, даже на руки взял.