Женщина недоумевала, но интуитивно догадывалась, что какая-то очередная хитроумная паутина супруга для каких-то его персональных целей, о которых до сегодняшнего дня ни слуху, ни духу не было. А от этого становилось еще не приятней. Значит, не нужна, если не делиться….
И она, сжав челюсти и собрав нервы в кулак, молчала.
История с мамой практически забылась. Ради своего же любопытства, лена стала интересоваться бухгалтерскими делами, чтоб иногда помогать Роме проверять документацию по сделкам, сверять таблицы. Экономить его время и тогда он больше потратит его на семью. По крайней мере ей так хотелось думать…. .
*****
Любовница мужа больше не работала, несколько месяцев назад та пожелала сменить место работы, апеллируя свой уход заработной платой не ее уровня. Эта дама ценила высоко свою голову и умения ладить с цифрами. А как так вышло, что супругу управляющего допустили до святая святых организации? Это интересный вопрос, но видимо умение находить общий язык с людьми сыграли немаловажную роль для Лены. Она ни на что не рассчитывала, не строила дерзких планов разоблачения, не мечтала отомстить, она просто жила, а то, что случилось дальше было нелепой случайностью, запущенным механизмом бытия, не более.
Это случилось на кануне дня выборов, когда Громова помогала новому бухгалтеру Валентине Васильевне Коломенцевой подшивать папки с документацией о финансах, идущих в обороте компании за тот самый девяносто восьмой год. Папка оказалась в руках у Лены и взгляд зацепился за цифры, а по спине мурашка, холодок и в пот от ощущения приближающейся некому не нужной правды. Никому, кроме нее.
- Валентина Васильевна? – она еле слышно окликнула женщину.
- Да, Леночка. Ты чего побелела? Плохо? Говорила я тебе: не нужно тут торчать. Пыль, потом тяжести всякие…
- Все в порядке. Валентина Васильевна, а это….
И она молча протянула женщине подшивку. Главбух все поняла без слов. У нее только один вопрос созрел:
- А оно тебе надо, девочка?
Лена молчала.
- Ты хорошенько подумай. Стоит ли ворошить осиное гнездо?
- Да, - еле уловимое вырвалось.
- Утром. Завтра. Подойдешь.
Ленка кивнула и молча ушла, боясь услышать правду.
Ночь, как на иголках. Вечер, словно амеба. И даже Ромины зажимки в ее сторону, как нечто абстрактное.
- Ну, ты чего сладенькая? – шептал он ей на ушко. – Улыбнись, солнце.
- А мама – солнце! Мама – солнце! – прыгала вокруг родителей Аленка.
- Чего-то наша мама, дочь, не в настроении. Пошли сварим какао и сами его выпьем!
И ушли, а она одна, наедине со своими мыслями…. .
- В общем, тут подстава конкретная была. Причем большая часть денег, что была выведена, она даже не на счету, что был указан… Ален, это не мое дело, конечно, но….
- Рома?
- Да….
Она могла бы не поверить своим ушам, людям, что ее окружали и тому, что они говорили, но фактам и цифрам…. . Ее выворачивало. Хотелось кричать и плакать. Обвинять весь белый свет в том решении, которое зрело давно, но…. Одно она знала точно, что любит, что вот сейчас в это мгновение любит этого человека, что так жестоко поступил с ее матерью. Вопрос в другом: а сможет ли простить? Тогда не смогла, а сейчас? Когда эта правда не нужна никому, сможет? Сможет спустить все на тормоза и молчать, как молчала до этого? Она уже ничего не понимала. В голове все бесконечно перепуталось и жило какой-то своей отдельной жизнью.
Она ушла. Вот так просто не отпросившись, не предупредив – ушла. Домой, чтобы закрыться в их комнате и побыть наедине, усвоить правду, в которую до этого вроде бы как верила и не верила. Не хватало частицы, теперь она нашлась. Стало легче? Ни хрена. Только еще больше душу разрывает на части.
Алена сегодня ночевала у бабы Веры, а Лена ждала мужа на кухне в полном одиночестве и когда тот переступил порог, желая предъявить претензии на счет стремительного и непонятного исчезновения помощницы, услышал:
- Зачем ты так с нами, Рома? За что?
Лена не могла говорить, ее голос был еле слышим и различим, но каждое слово отчетливо доносилось до ушей мужчины. Конечно, он все понял. Без объяснений и лишних разъяснений. Понял, в чем заключался ее вопрос. Она уже спрашивала, а он тогда ударил. Она хотела слышать правду, а он не был готов ее раскрывать. Да и сейчас. Не вовремя. Все то, что происходит совсем не вовремя.
*****
Она смотрела в его глаза и надеялась найти ответы, раскаяние. Да, раскаяние. Отчего-то ей думалось, увидь она его там, все станет по-другому. И сама себе тихо смеялась. Ведь измену простила, а это почему-то не смогла? Будто это он не ее семью лицом в грязь окунул? Ее…, ее, ЕЕ!