- У тебя сейчас эмоции шалят и надвигается истерика. Дров наломаешь.
- Ну, надо же бабушке хотя бы позвонить!!! Документы там, паспорт, полис мамин!
- Я уже связался, скоро будут.
А сам сжимал кулаки. Обманывать близкого человека всегда сложно, а сделать так, чтобы поверил еще сложнее.
До бабушки он так и не дозвонился, как и до отца. Хотя тот вроде бы и взял трубку. Парень отправил родителю уйму сообщений, в том числе голосовых, оповещая о случившемся.
Конечно, Игорь мог и сам отправиться домой. Только на чем? Машина напоминала груду металлолома. А денег у него с собой не было. Да и не до этого. Он должен быть здесь. С ними. С сестрой и мамой. Пока. Хотя бы до тех пор, пока не узнает, что им точно ничего не угрожает.
Глава 33.
Глава 33.
Город N, наши дни. Алена.
О том, что случилось с женой папы и с его детьми, я узнала от бабушки. Та, практически, сразу, как узнала набрала меня. Не маму. Правильно ли? Не знаю. Однако и я не собиралась скрывать от родного мне человека факт аварии.
- Ален, ты какая-то задумчивая.., - поинтересовалась мама, когда я держа телефон в руках смотрела куда-то в пустоту.
- Галя с Игорем и Алиной разбились.
- Как? Что случилось? В смысле разбились? Они живы?
- Да. Бабушка сказала, что Игорь в рубашке родился, а вот Алина и Галя. У Али травма позвоночника…
- А Галя? Что с Галей?
- В реанимации. Кома. Мам, ты тут пока посиди. Я Сережу наберу.
Мама осталась на кухне. Я же вышла в коридор и принялась звонить мужу. Он не заставил себя долго ждать.
- Да, солнце, - раздалось такое родное в трубке.
Сережа всегда такой. И всегда берет телефон по возможности быстро. Я, практически, никогда не жду, что до меня снизайдут.
- Привет. Тут…
- Ну? Ты чего? Ален? Не молчи…
Ком к горлу подступил как-то непрошено. Если еще несколько минут назад я могла контролировать себя в силу своего неосознания всей ситуации, то теперь было как-то не по себе.
- Алинка с Игорем и их матерью в аварию попали.
- Все живы?
- Подожди. В общем у Альки позвоночник, а у Гали кома.
- Ни хуя себе. Значит так, сейчас успокаиваешься, - видимо он слышал, как дрожал мой голос. – И звонишь ребятам или отцу. Есть его номер?
- Нет, только Игоря.
- Значит, набираешь Игоря. Пусть узнают номер телефона врачей, которые их наблюдают. Ортопеды, реаниматологи, хирурги. Все. А ты все номера передаешь уже мне. Поняла? Успокаивайся. Я скоро буду. Ты у мамы?
- Да, - шепчу я.
- Сына мои с сада заберут.
- Хорошо.
И полная тишина. Отключился. Руки дрожат. Странно, но у меня не возникает желания узнать причину. Меня интересуют последствия. И Галя… . Она мать. Как ребята справятся без нее, пока она не пришла в себя?
Вдох – выдох. Не слушающимися пальцами по экрану. Набираю Игоря, а в ответ четкое «Абонент не абонент». Мысль, что брат мог сменить номер улетучивается мгновенно, потому что еще перед его отъездом из города мы виделись и даже ходили в кино.
Как они там? Этот то, что мучает. Я отчетливо ставлю себя на их место и вспоминаю события минувших лет: мам в больнице, ее оперируют, и ты вдруг понимаешь, что возможно это последний вдох и ее больше никогда не будет. Моей мамы…. Я помню все свои эмоции тогда, помню, как курила одну за одной, пытаясь заглушить боль в сердце от возможной потери, помню ненависть по отношению к отцу, что тогда разъедала, ведь ее болезнь - это последствия старой травмы. Он как-то в порыве гнева ударил ее по голове. Я все помню…. Те чувства невозможно забыть или вычеркнуть и в данный конкретный момент они обостряются. Будто это снова переживаю я.
Так Игорь пропал. Может он выключил телефон, чтобы досадливые родственники не наседали, а может ему просто сейчас не до кого. Мне тогда было приблизительно также. В голову приходит отчаянная мысль, но она единственно верная.
Бабушка берет трубку достаточно быстро.
- Да, Ален.
- Ба, найди номер отца.
- Ты уверенна?
- Как никогда.
Знаю, в других бы обстоятельствах я бы этого никогда не сделала, не искала и уж тем более не стала бы звонить, но сейчас тот случай, когда гордость можно вычеркнуть, когда можно забыть все обиды и просто сказать: «Здравствуй, папа».
Где-то через полчаса в сообщении в ватсап приходит номер, без подписи. Бабушка так и не смогла его называть хоть каким-то именем или по фамилии. Не простила, а мне сейчас плевать. Сглатываю. И проведя небольшие манипуляции, звоню. Слышу гудки и то, как бешено колотится сердце. Мы даже забыли о друг друге. Наверное, все же он забыл. Точно, а я нет. Никогда. Папа.