- Сереж, все хорошо. Работай. Я справлюсь.
А самой выть хочется. Но. Мне нельзя. Я сильная.
- Ален…
- Знаешь , как я его ненавижу. Ты просто представить себе не можешь, - молчу и перевожу дыхание. – Если с ней, что-нибудь случится, я ему это никогда не прощу.
- Так нельзя, маленькая. Он твой отец.
- Он мне никто, Сереж. Понимаешь? Никто. Теперь точно никто. Я ему многое могла простить и прощала, даже свои детские обиды, но не маму. Маму не прощу.
Опять молчание. Сережа ни слова в ответ. Понимает, еще не все сказала.
- Ты будешь считать, что я больная, но я до сих пор, в свои почти тридцать, жду от него звонка на день рождение и слов, что он меня любит.
- Ален, Алена моя, держись. Я как только, так сразу.
- Всё хорошо. Работай. У нас семья. Или ты забыл? А семью кормить нужно.
- Я все помню… , - молчит. – Но тебе там так хреново…
- Хреново, Сереж. Очень. Но я справлюсь.
- Ален, Алена моя, держись. Я как только, так сразу.
- Всё хорошо. Работай. У нас семья. Или ты забыл? А семью кормить нужно.
- Я все помню… , - молчит. – Но тебе там так хреново…
- Хреново, Сереж. Очень. Но я справлюсь.
Уважаемые читатели! Внесла некоторые коррективы в начале глав, относительно времени и места произошедших событий.
Время шло вперед , часики тикали. Сердце заходилось. Мозг, кажется, сходил с ума.
Такое ощущение, будто это операция была самая длинная в нашей жизни, пусть и запланированная.
Воспоминания, хрупким мостиком, не спрашивая разрешение, автоматически проявляются, словно старая кинопленка, не чёрно-белая, но еще не HD.
События двухлетней давности всплывают перед глазами. И их не вычеркнешь, не сотрешь, не изменишь… .
Год 2016. Город N, областной центр. Операционное отделение 1-й городской больницы.
Я не хотела плакать. Не планировала волноваться, потому что беременным вредно. Но так сложились обстоятельства. Они не спрашивали, когда свалиться, не интересовались удобным моментом, просто рухнули как снежный ком на голову посреди лета. И тут же бросили в дрожь от холода.
Мама не сообщала, да и никто из родственников, из тех, кто знал. Не хотели меня волновать. Я сама узнала, когда прогуливалась из отделения патологии беременных по больничной территории.
Скорая слишком быстро подъехала к приемному покою. Бригада врачей тут же подлетела к машине и отворила дверцы, выкатывая каталку…. с мамой… .
Это была она. Без сомнений…..
Помню, как на негнущихся ногах, словно зомби брела следом… . И набирала Ее номер. А вдруг ошиблась?
Но это не была ошибка. Это была правда.
Трубку взяла Анжелика Александровна, мамина начальница.
- Ален, ей плохо стало. Скорая забрала. Больше ничего не скажу… А! Нет. В 1-ю городскую повезли.
УЗИ, рентген, томография и суета. А потом, как гром среди ясного неба диагноз, перечеркнувший жизнь на «до» и «после». И все в кратчайшие сроки. Онкологии. Опухоль головного мозга - одна из… .
Я не планировала и не ждала столь быстрых родов… .
Но сын родился на месяц раньше поставленного срока. Сережка в командировке, мама на химии, бабушка в Дубравино.
Лишь свекровь со свекром. Если бы не они… .
И моя расшатанная нервная система под воздействием стресса, давшая сбой.
- Евгений Павлович, - слышу сквозь сон голос мужа. – Когда в себя придет?
- Сергей Андреевич, вы ж сами врач, все понимаете.
- Да всё я понимаю, - отчаянно. – Но Она уже должна… . Должна же?
- Все будет хорошо. Стресс, нервы. Она у вас сильная. Справится.
- Да, сильная.
Кажется, снова провалилась в темноту, а когда вернулась
- Маленькая моя. Солнышко. Сын уже бодрячком, тебя ждет. Я назвал его Илья, как ты и хотела. Он богатырь. Алена, Аленушка, мы скучаем.
И темнота, потом свет пусть и не яркий.
Руки на живот.
- Лежите. Я сейчас врача позову, - произносит молоденькая девчушка.
И тут же поднимается с места.
- И Сережу… .
- И Сергей Андреевичу сообщим. Он в детском.