— Нет, я так не могу, — Алёна энергично помотала головой. — Пойду к себе, займусь вышивкой.
— Проводить тебя? — предложил Олег, ожидая, что сейчас вновь увидит льдинки во взгляде.
Алёна улыбнулась, кивнула и взяла его за руку:
— Да, проводи.
…Она повернулась уже лицом к двери в свой номер и замерла, не приложив ключ к сенсору, уткнувшись лбом в косяк. Когда Олег уже готов был спросить, всё ли в порядке, Алёна обернулась, и сказала:
— В тебе я уверена. Я в себе сейчас не уверена. Лучше бы я её не спрашивала!
Не знаешь, чем заняться — наводи порядок. Олег, всё ещё под впечатлением от последних событий, взялся наводить порядок: дописал по памяти заметки про их с Алёной «пустынную прогулку», скопировал все отснятые фотографии и ролики на планшет и запасные флэш-карты, дописал несколько новых тем для разговора по эристике — всё равно обещал Антону передать, чтобы продолжить уже через Интернет. Убедился, что все вещи постираны, что всё по местам.
В разгар хлопот пришёл охранник и передал новый рюкзак с эмблемой «Нике» и найденные в прежнем рюкзаке предметы. Всё вроде на месте, включая медальон-розу, подарок Алёны.
В конце концов, захотелось заниматься, надоело просто ходить. Сказано — сделано; здесь, конечно, не спортзал, и особо увлекаться не стоит — матов нет, падать лишний раз не нужно — но можно как минимум выполнять статические упражнения, с теми же гантелями позаниматься. А ближе к вечеру, когда закроют спортзал — посетить беговую дорожку. Неясно, как Анна Григорьевна этого добилась, но просто сидеть на месте не получалось, тело требовало зарядки, нагрузки, действия.
Что ж, замечательно. Пока занимаешься, в голову не лезут ненужные мысли.
Алёна начала было делать новую фенечку, импровизировала — именно так всегда получаются самые интересные узоры, и в какой-то момент поняла, что трудно сосредоточиться на работе, а взамен все мысли начинают как бы сами по себе возвращаться к Олегу.
Алёна помотала головой, пошла и умылась холодной водой. Помогло, но ненадолго. Ещё десять минут, и узор напрочь делся из памяти. А ещё через несколько минут Алёна поняла, что летит — испытывает те же самые переживания, хотя ничего же сейчас не было, она одна в номере!
Алёна обнаружила, что стоит на коленях, запрокинув голову, и тяжело дышит. И ощущение полёта не проходит, не сразу проходит. Посмотрела на свои ладони — и показалось, что те время от времени становятся полупрозрачными.
— Что со мной? — подумала Алёна вслух и осознала, что домашняя одежда мокра от пота. Вот тоже новость, с чего бы это?
Забросила всё это в стиральную машину, а сама отправилась в душ, и там ещё раз повторилась та же история — в какой-то момент поняла, что стоит на коленях, запрокинув голову, улыбаясь непонятно чему, и последние воспоминания о восторге полёта постепенно уходят, оставляют в покое, смываются прочь горячей водой.
Минут через двадцать пребывания под горячим душем Алёна осознала, что вроде бы вернулась способность здраво соображать и думать не только об Олеге. Переоделась, уселась за станок… И за полчаса, сама от себя не ожидая, закончила фенечку. Чудеса, да и только!
Идея пришла в голову исподволь, неожиданно. Алёна выглянула в коридор — ужин только через час, сейчас главное — не пересечься с Олегом, и постучалась в дверь «гнёздышка». Так и есть, Ольга одна — валяется на кровати и, похоже, смотрит кино на планшете.
— Заходи, заходи, — помахала Ольга рукой. — Парни там затеяли боевики смотреть. А я другого захотела.
— Слушай, можно личный вопрос? — спросила Алёна, присаживаясь на уголок кровати. Ольга кивнула, отложила планшет и уселась. — Ты себя чувствовала когда-нибудь мартовской кошкой? Ну, чтобы все мысли только об одном.
— Я всегда такая кошка, — рассмеялась Ольга и посерьёзнела. — Хотя постой… Где-то неделю назад, точно. Сама не знаю, что на меня нашло — Артур сбежал посреди ночи к себе, сказал, что не в силах это человеческих, — Ольга улыбнулась. — Где-то два дня меня так колбасило, Артур на второй день вообще заходить отказался. Иначе, говорит, все тренировки пропустим.
Алёна припомнила дату — и всплыло в памяти: «второй день кровь сдавать… Пьют они её, что ли?»
— Спасибо, Оля! — Алёна крепко обняла её и чмокнула в щёку. — Всё, пошла я от греха подальше.
— Горячий душ, — услышала Алёна уже у двери и оглянулась. Ольга сидела и смотрела на Алёну с сочувствием: — Что, тебя тоже сейчас колбасит? Горячий душ, мне очень помогало. Ну или пробежать три-четыре километра, чтобы как следует взмокнуть.