— Что такое? — поинтересовалась Алёна. — Её ещё нет?
— Не проверяли, — покачала головой Ольга. — Вас ждали. Слушайте, посмотрите вот сюда, — указала она на участок стены над дверью. — Ничего не видите?
И Олег, и Алёна походили туда-сюда рядом с дверью и… Заметили. Алёна даже ахнула: то, о чём речь, виделось не со всякого места и не под всяким углом. Они переглянулись с Олегом… И тот, не говоря лишнего слова, открыл рюкзак и вручил Алёне авторучку и лист бумаги. Себе взял то же самое и перерисовал то, что видит: золотистый прямоугольный контур, а внутри него пять латинских букв: YMTRA. И что это значит?
Алёна вручила ему свой листок. Они посмотрели на листки, а потом в глаза друг дружке. На листе Алёны значилось «QIRMU».
— А это наши, — протянула Ольга пару листов бумаги — они с Артуром наблюдали за происходящим с явным удовольствием. — Там помечено, где чьё. Обалдеть, да?
Верно. У Артура значились те же буквы, что и у Олега. А у Ольги — те же, что у Алёны.
— Похоже, у меня к ней ещё пара вопросов есть, — сказала Ольга. — Прячьте! — шепнула она. — Шаги, слышите?
Вяземская опоздала на две минуты — вошла со стороны спортзала.
— Приношу извинения, — сказала она. — Спасибо, что подождали. Входите.
— Чаю? — предложила Вяземская, и все согласились. Пока чай заваривался, Вяземская с улыбкой посмотрела на четвёрку и спросила: — Довольны?
— Не то слово, — подтвердил Артур. — Нам сказали, что вы лично что-то нам объясните. Ну, медицинское сопровождение и всё такое. И ещё несколько вопросов.
— Думаю, вопросов будет много, — кивнула Вяземская. — Начну с того, для чего я вас и приглашала. Ольга, Алёна, вы понимаете, верно? Я могу сказать сразу про вас обеих?
Ольга с Алёной переглянулись и кивнули.
— Оценки только предварительные, — положила Вяземская перед ними на стол две папки, помеченные именами и фамилиями. — Точно можно сказать только после первых родов. С вероятностью девяносто девять и девяносто три сотых процента вы обе «Евы». Поздравлять или нет — не знаю, вам решать.
Ольга и Алёна переглянулись, поднялись на ноги, обнялись и радостно завопили:
— Yy-e-esss!
— Похоже, можно поздравить, — улыбнулась Вяземская. — Алёна, вы сказали вчера, что уже всё поняли. Я помню, что именно вы искали в бумагах по «эффекту Евы». Можно узнать, как вы поняли?
Алёна вздохнула, бросила взгляд на Олега. И рассказала про все свои переживания — по возможности, без лишних подробностей.
— Она права, — добавила Ольга. — Но я не сразу догадалась, у меня и раньше бывали… Неумеренные аппетиты.
— Держись от неё подальше эти два дня, — посоветовал Артур Олегу. — Ну или не обижайся потом.
— Ладно, хорош пугать, — потрепала Ольга Артура по голове. — Сам разберётся, не маленький. И кстати, как приедем — идёшь и переименовываешься в Адама. На меньшее я не согласна, дорогой!
— О чём речь, дорогая! — покивал Артур. — Как только переедем в райские кущи. На меньшее я не согласен.
— Извините, — посмотрела Ольга в глаза Вяземской, ещё раз погладив Артура по голове и вернувшись на свой стул. — Всё ещё немного действует, у меня от этого крышу сносило конкретно. Но вы же изучали других «Ев», с ними разве не так же?
— Видимо, у некоторых по-другому, — согласилась Вяземская. — Потом, мы не следили за ними в течение полного цикла в лабораторных условиях. Хорошо, если моё мнение важно — я рада, что вы решили не отменять действие процедур. Но мой персонал уже готов, если что, снять все последствия процедур «Нике». «Эффект Евы» прекратит действовать не сразу, примерно через полгода. Это грубые оценки, экстраполирую от опытов с животными.
— И все наши способности тоже, — покивала Ольга. — Нет, я не согласна. Если у меня будут такие же дети, как Вика, или Антон, или Лена — то хоть со здоровьем у них будет лучше. У меня столько больных родственников… — покачала она головой. — Насмотрелась, никому не пожелаю. Артур? Что скажешь?
— Поддерживаю, — покивал Артур. — Меньше болеем — больше времени для жизни.
— Я тоже хочу всё оставить, — добавила Алёна. — Даже если у вас мало данных по людям, то все животные с эффектом жили дольше и болели меньше, я читала. И никаких патологий у их детей. Меня это устраивает. А те два дня я согласна сидеть в отдельной комнате и ни с кем не общаться. Олег?