Корректировка
Алёна проснулась в половину шестого утра — так сообщил её монитор, белый браслет. Для разнообразия, ничего не снилось — ничего плохого хотя бы. Прежнее ощущение «разделённости» оставалось, чувствовалось как едва заметная, но неприятная тупая боль где-то под сердцем. «Он жив, — подумала Алёна. — Олег жив, и я пока не знаю, как его найти. Но он жив, это главное».
— Как спалось? — спросили её голосом Ольги.
Ольга валялась на заправленной постели у соседней стены. Выглядела уже вполне бодрой и жизнерадостной.
— Хорошо, — признала Алёна. — Ничего не снилось, уже хлеб.
Ольга покивала и спрыгнула на пол.
— Остальные тоже все подскочили ни свет ни заря. Часовой пояс другой, что ли?
Алёна, одеваясь, подошла к окну — выглянула наружу. Видны здания, дороги, но всё больше лес и клумбы. И это Рим?! С ума сойти!
— Мы правда в Риме? — спросила Алёна, любуясь пейзажем. И воздух в палате свежий, а ведь окна закрыты!
— Точно-точно, — подтвердила Ольга, подходя к тому же окну. — Холм Кайлий, Госпиталь Перегринов. Если что — это мы тут перегрины, лица без гражданства. Но это ненадолго. А мы с тобой ещё и на особом счету.
— Почему это? — посмотрела ей в глаза Алёна.
— Помнишь… Или я не говорила? Не помню. Вот, Артур снимки сделал, смотри, — показала Ольга экран мобильника. Круг из распустившихся одуванчиков выглядел эффектно. — У меня одуванчики распустились, у тебя — яблоня зацвела. Вокруг Анны Григорьевны, там, где она долго стоит, трава подрастает и молодые деревья. А к Артуру дикий волк вышел. Он его успел сфотать, хотя качество так себе.
— Волк?! — удивилась Алёна. — И… Что?
— Что-что. Съел, конечно, — Ольга рассмеялась. — Подошёл, обнюхал и ушёл. Артур говорит, первый раз в своей жизни испугался в полный рост. Но как-то обошлось. В общем, это Терра. Планетарный разум, или что-то такое. Именно Терра решает, впустить человека или нет. Нас всех впустили.
— Обалдеть! — признала Алёна. — А где об этом можно подробнее узнать?
— Тебе лекторий выдадут, прочтёшь. Ну, здешний планшет. Идём, не стой тут, — потянула Алёну за рукав Ольга. — Здесь классный спортзал. Идём, разомнёмся малость, завтрак через полчаса!
Сказала «спортзал», но явно преуменьшила: это впору спортивным комплексом назвать. Получается, это «карантинный» спортзал — внутри части госпиталя, отмеченной зелёной полосой.
— У них тут пунктик на спорте, — пояснила Ольга. — Не то чтобы я осуждаю, или что. Просто все такие же долбанутые, как и наша компания. Здоровый образ жизни, спортивные достижения, всё такое. Так что найдём общий язык, думаю. Прикинь, тут тоже проводят Олимпийские игры, раз в три года!
Они подошли к стойке для прыжков в высоту. Неплохой тут у них запас — метра три как минимум.
— Смотри, тебе понравится! — Ольга поднесла руку к ближайшей опоре стойки, и на ней проявился экран — а на нём «нарисованные», сенсорные кнопки. Ольга вроде бы ничего не сделала, но опоры — для планки, которой нигде не видно — поднялись, а затем на них материализовалась планка. Из ничего.
— Ого! — восхитилась Алёна. — Вот это жесть! Как ты это делаешь?!
— Она мысленные команды понимает, прикинь! Я тут поставила твою высоту — ну, официальный рекорд, двести двенадцать. Хочешь попробовать?
— Да! — Алёна отошла от стойки, выбирая место для старта. «Я смогу, — подумала она. — Нужно чем-то заняться, тогда станет легче. Нам обоим станет легче». Неясно, откуда взялась эта мысль, но не было ни капли сомнения, что так и есть.
Алёна замерла, глядя перед собой. И пришли в голову и музыка, и те смешные слова: «Chitty chitty bang bang…»
Вперёд! Она разбежалась, чувствуя жар и покалывание в ногах, оттолкнулась… И те самые две секунды счастья, полёта. Алёна мягко опустилась — не привычное падение на маты; её словно подхватили бережные, мягкие руки и аккуратно опустили.
Она услышала аплодисменты. Оглянулась — шагах в десяти стояли Вяземская и те трое людей, оперативников, которые появились вчера вечером. Все они аплодировали.
— Ну ты даёшь, мать… — ощутимая зависть в голосе Ольги. — Смотри! Двести девятнадцать, как с куста! Опять ты меня обошла! Я этого так не оставлю!
— Значит, нам теперь есть чем заниматься? — спросила Алёна Ольгу. Та рассмеялась и обняла её.
— А то! Ты в форме, уже хорошо. Но я тебя всё равно догоню, дело принципа.
— Замечательно выглядите, Алёна, — улыбнулась Вяземская, подходя с остальными поближе. — И замечательный результат — без спортивной формы, без разминки.
Алёна посмотрела на себя — и точно, она в джинсах и кроссовках. В свитере. Как?! Как такое удалось?