— Плохо ты, мать, лекции слушаешь! — улыбнулась Ольга во весь рот. — Помнишь слово «расщепление»? Нас будет по два комплекта. Один здесь, другой на нашей матушке-Земле. Не знаю, как ты, а у меня мороз по коже от одной мысли, что нас там уже похоронили. Анна Григорьевна сказала, что не будет рассказывать, как там наши переживали. Говорит, это ужасно. Так что мы с Артуром поможем. Вернёмся все, или все здесь останемся. Ну, в смысле, только здесь. Ну-ну, только без слёз! Он ведь жив — значит, спасём!
Алёна улыбнулась и кивнула, смахнув подступившие было слёзы.
— Всё, через три минуты начало, — посмотрела Ольга на часы. — Идём уже.
Вильям для начала пересказал всё то, в общих чертах, что рано утром сказал Вяземской.
— С точки зрения хронодинамики, — пояснил он, — «Область 005» — это вырожденное пространство-время. Неизвестны его протяжённость, неизвестен механизм возникновения тамошней фауны и флоры. Есть множество феноменов, которым нет объяснения. По крайней мере, мы не можем их ничем объяснить, мало данных. Например, наличие пригодного для дыхания воздуха. Или «гравитационные карманы», в которых сила тяготения может быть выше привычной до двадцати раз. Или цикличность.
Если в «Область 005» попадает человек из магистрального потока, — продолжил Вильям, — рано или поздно вокруг него формируется область «эха», обычно это знакомая человеку постройка или целая локация. В этой области наблюдается цикличность: через какое-то время состояние области сбрасывается в состояние на момент формирования. В наших экспериментах мы наблюдали периоды от нескольких минут до пятнадцати часов, закономерности особой нет. Лаки? Продолжишь?
— В мой первый визит в «Область 005», — продолжила Лаки, показывая снимок на стене, — поблизости от меня создалась квартира, в которой я жила когда-то с отцом и матерью. Мы были, как говорят в России, неблагополучной семьёй, обстановка в квартире была соответствующей. Я застала квартиру на момент, когда пережила в ней сильнейший стресс — мой отец избил мою мать, его забрала полиция. Дома нечего было есть и пить — кругом хлам и грязь. Именно такое я получила от «Области 005». Поэтому первое правило выживания: если у вас, желательно в детстве, было сильное и яркое воспоминание о чём-то приятном и безопасном — сосредоточьтесь на нём. Возможно, «Область 005» примет это к сведению и воссоздаст. В квартире, к счастью, была питьевая вода, — продолжила Лаки, — но у меня с собой тоже были запасы. Цикличность касается всех объектов, с которыми у вас нет телесного контакта. Когда я съела походный паёк из своего рюкзака, после очередного перезапуска цикла в рюкзаке уже было прежнее содержимое. Та же цикличность касается и вашего тела: физически оно возвращается в состояние на начало цикла, но память при этом не стирается. Мы изучали воздействие «Области 005» на лабораторных животных: у всех, кроме крупных млекопитающих, полностью сбрасывается и память тоже. Возможно, дело в размере головного мозга. Других гипотез пока нет.
— Как вы сравнивали память? — поинтересовался Артур.
— Есть аппаратура для снятия энграмм, — ответила Лаки. — Долговременный прогноз пребывания в «Области 005» неизвестен. Мы обследовали Анну Григорьевну с её разрешения — по её словам, она провела в «Области 005» три субъективных года. Мы не нашли никаких повреждений организма, патологий, ничего постороннего. Но мы обнаружили «счётчик циклов» в её памяти — энграммы, в которых есть сведения обо всех пережитых циклах. Это очень смутные воспоминания, вызвать их усилием воли вряд ли получится. Но они есть. Такие же записи мы находили и в мозгу подопытных животных.
— То есть там можно вообще не есть, раз там цикличность? — поинтересовалась Ольга. — Клёво! Значит, шансов больше.
— Да, если вы не замёрзнете, если вас не съедят заживо или не убьют иным способом, — согласилась Лаки. — После смерти организм с началом нового цикла попросту исчезает. Рассеивается в пространстве бесследно. Этому тоже нет объяснения. Анна Григорьевна? Может, вы дополните?
— Я попала в хлебный магазин, в котором в детстве спаслась от бешеной собаки, — вступила Вяземская. — Каждые семь часов и двадцать минут он сбрасывался в исходное состояние — когда на полках полно свежеиспечённого хлеба. В локации, куда меня перенесло, было много хищной фауны — все представители выглядели уродливо, в их организмах много асимметрии и множественных органов — например глаз, когтей, голов. Скажу только, что с тех пор я не ем ни хлеба, ни чего-либо мучного в целом. Наелась.