Мир перестал двоиться перед глазами, прошла бесследно рябь.
И прошло подступавшее уже чувство голода. Что за чёрт?!
Олег посмотрел — время на телефоне как шло, так и идёт, практически совпадает со временем на браслете. Заряд аккумулятора на телефоне и браслете не изменился, а вот на планшете и плеере вырос! И вернулся в прежнее состояние на заряднике. Что за… Олег сбегал в большую спальную — не забыв подхватить кочергу — всё верно, одеяло вновь на месте.
Зарядник оказался в рюкзаке, а тройник в комоде. Засовы все открылись. Все записи, только что сделанные, пропали начисто из блокнота (Олег вполголоса выругался), но на телефоне они сохранились в виде снимков! А на планшете не сохранились! Но самое главное — время. На телефоне и браслете оно одинаковое, а на планшете другое, в прошлом! Так, дайте-ка подумать… Олег помнил, какими были дата и время на момент правки на планшете. Он достал блокнот, записал всё это, сравнил со временем, которое показывают браслет и телефон. Учитывая, что и на телефоне, и на планшете, судя по дате, время сбросилось на тот примерно момент, когда он впервые вошёл в дом. Так-так… Тут сложить, тут вычесть…
Получается, что время на планшете «уехало» назад на шесть примерно часов. О как! И состояние дома тоже ведь восстановилось — все вещи по местам. И есть почему-то не так сильно хочется — это всё из той же оперы?
Пока всё это сбрасывалось, телефон он держал в руке. А браслет всегда её касается. И ни с тем, ни с другим ничего не случилось, настройки на месте, фотографии не пропали. Значит… Что это значит? Поди пойми!
А вот теперь спать хочется. Устал от всего этого. Но мысль следует проверить: Олег поставил будильник на телефоне на пять с половиной часов от текущего момента. Это всё обязательно нужно проверить! Да, и ещё одна проверка: Олег протёр лезвие ножа дезинфицирующим средством и сделал себе небольшой порез на ладони. Вот это оказалось самым трудным.
Олег устроился на печи. Надо телефон всё время держать в руке для проверки. И как этого добиться? Примотать его к руке? Да, как-то так.
Лаки, Алёна и Ольга прогулялись до здешнего стадиона — тот, что дома, годится для всех видов утренней гимнастики и упражнений, для которых не требуется много пространства, а за всем остальным нужно идти на стадион.
Их там встретили радушно, подробно всё объяснили — стадион работает круглосуточно, но в ночное время доступна только беговая дорожка — и вот все трое уже направляются домой. Что характерно, с ними здоровались все без исключения люди, попавшиеся по дороге.
— Точно буду всю жизнь привыкать, — сказала Ольга. — Слушай, мать, я ведь всё поняла, — сказала Ольга, когда они вошли за ограду своего нового дома. — Нет, давай-ка постоим минутку, — поймала она Алёну за руку. — Не хочу при всех. Отойдём-ка вон туда, к скамейке.
— Мне уйти? — спокойно спросила Лаки.
— Мне кажется, вы поняли раньше меня, — посмотрела Ольга в её глаза, и Лаки кивнула. — Алёна, ты собираешься остаться там. Даже не пытайся врать, не умеешь. Ты хочешь остаться с Олегом там, где он сейчас, я всё по твоему лицу поняла там, на лекции.
— Возможно, — согласилась Алёна, стараясь оставаться спокойной. Это ещё тётя любила говорить: не умеешь врать, так не пытайся. А Лаки к тому же телепат.
— Да, я читаю мысли, но у своих сначала спрашиваю разрешения, если только не было приказа прослушать, — пояснила Лаки. — Вы подумали, что, наверное, это я подслушала и рассказала Ольге. Это не так. Ваша мысль была настолько сильной, что я восприняла её не по своей воле.
— Да, с ним у нас будет больше шансов, — посмотрела Алёна в глаза Ольги, а потом — Лаки. — И вы тоже это знаете.
— А если вы там надолго? Рожать и ребёнка растить тоже там будешь? — поинтересовалась Ольга. — Мать, ну не делай умное лицо, а? Ты же всё прекрасно понимаешь, если и я поняла.
— Организм каждые несколько часов возвращается в исходное состояние, нам говорили о цикличности, — возразила Алёна, чувствуя, что краснеет.
— На беременных там опыты не ставили. А если с ними по-другому? А если цикличность там не везде? Лаки, ну скажите же вы хоть что-нибудь!
— У меня только один аргумент, Алёна, — взяла Лаки её за руку. — Сейчас у вас очень сильная связь с Олегом, вы можете помочь найти его. Можете помочь передать ему материальные предметы, например — оборудование, полезную информацию. Если уйдёте оба, связи с вами не будет, помощи от нас — тоже. Мы не прекратим искать вас, но может пройти много лет, Ольга права. С другими её словами я тоже согласна — хотя это не моё дело, конечно, я не лезу в вашу личную жизнь.