— Котова? Нет, не будет, — Вяземская вручила Алёне пакет с пластиковым одноразовым халатом и раздвинула ширму. — Пожалуйста, переоденьтесь. Будем только мы с доктором Полански.
— Вы ещё и гинеколог? — поинтересовалась Алёна, переоблачаясь.
— Моя первая медицинская специальность, — кивнула Вяземская. — У меня их четыре, — она помогла Алёне устроиться на «троне». «Всё не могу поверить, что ей семьдесят четыре», — подумала Алёна. — «Ну ведь двадцать пять на вид от силы!»
— Алёна, с вами всё хорошо? — поинтересовалась Вяземская, когда Алёна закрыла глаза.
— Всё нормально. Терпеть не могу такие осмотры, — сказала Алёна, не открывая глаз. Приложила все силы, чтобы не окрыситься. — Извините, если что.
— Нет, я понимаю. Потерпите ещё немного, если будут неприятные ощущения — сразу говорите.
«Ещё немного» длилось минут пять. Ну почему у них у всех такие холодные инструменты и, простите, пальцы? Наконец доктор Полански покинул процедурный кабинет, а Вяземская помогла Алёне сойти на пол.
— Как самочувствие? — поинтересовалась она первым делом. — Мне показалось, что вы немного побледнели, — Вяземская помогла Алёне пройти за ширму — переодеться в повседневную одежду — а сама заняла место за письменным столом.
— Есть хочу, — мрачно заметила Алёна, не без омерзения стаскивая с себя одноразовый халат. — Сильно. А так ничего, жить можно. О чём вы с ним говорили?
Полански и Вяземская общались по-английски. Читать по-английски Алёна умеет — со словарём, а вот общаться с живым человеком — увы, не было ни повода, ни возможности научиться.
— О результатах осмотра. Вы сказали, у вас началось на четыре дня раньше срока. Такое уже бывало?
Алёна, уже переодевшаяся, присела напротив Вяземской и пожала плечами.
— Последние три раза не было, — сказала она. — Двадцать девять дней, и каждый раз в час ночи просыпалась, когда начиналось. Хоть часы сверяй. Но у меня их не так много было — может, это нормально.
— Минутку, хорошо? — попросила Вяземская. — Ещё минуты три, и я вас отпущу. Доктор Полански, — сказала она в селектор. — Подойдите, пожалуйста.
— Со мной что-то не так? — поинтересовалась Алёна. — Обычное ж дело. Тренировки все эти — я читала, что вполне может начаться и раньше, и позже.
— Нет поводов для беспокойства, — улыбнулась Вяземская и взяла Алёну за руку. — Если я пообещаю, что буду честно отвечать на каждый ваш вопрос, вам станет лучше?
— Ещё как! — подтвердила Алёна, которой первую секунду хотелось освободить руку силой и убрать куда-нибудь на колени. Пересилила этот импульс. «Чего я такая дёрганая-то?» — подумала Алёна.
— Тогда давайте так и договоримся, — предложила Вяземская. — Я несу ответственность за состояние вашего здоровья. Если я вдруг расспрашиваю о чём-то — это не из праздного любопытства. Заходите, заходите, Альберт.
Доктор Полански вошёл и остался стоять у стола. Посмотрел в глаза Алёны и улыбнулся ободряюще. Алёна улыбнулась ему в ответ настолько вежливо, насколько смогла. Хотя первую секунду хотелось высказаться в стиле «чего уставился?»
— Алёна, вы помните дату вашего менархе? — спросила Вяземская, глядя Алёне в глаза. Алёна растерянно моргнула несколько раз. — Первых месячных, — пояснила Вяземская, понизив голос.
— Забудешь такое, — поджала Алёна губы. — Первого января этого года. Спасибо дедушке Морозу за подарочек! — Алёна рассмеялась, но звучало невесело. — Эти по счёту седьмые.
— Через пять дней вам исполняется восемнадцать лет, — заглянула Вяземская в карточку Алёны. — Простите, Алёна, так будет быстрее, — и она обменялась с Полански несколькими фразами по-английски.
— Альберт не очень владеет русским языком, — пояснила Вяземская. — Приношу извинения. Буквально он сказал: «пока нет оснований для беспокойства, нужно только ограничить некоторые нагрузки». Последний вопрос, и я вас отпускаю. Заранее приношу извинения. У вас был половой контакт накануне?
Алёна вновь секунды три боролась с искушением сказать что-то между «Не ваше собачье дело!» и «А то вы сами не видели?» Переборола искушение огромным напряжением воли.
— Нет, не было, — помотала Алёна головой, стараясь, чтобы улыбка на лице не выглядела злобной. — А при чём тут это?
— Может потребоваться, по итогам анализов. Понимаю, что вопрос может выглядеть неуместным, я в любом случае не вмешиваюсь в вашу личную жизнь. Ещё одну минутку, хорошо? — Вяземская взяла со стола папку и, встав рядом с Полански, обменялась с ним ещё парой фраз. После чего вернула папку на стол и вышла, сказав Алёне: — Пожалуйста, подождите меня здесь.