В «тайной комнате» обстановка не изменилась: стол с непрозрачным щитом никуда не делся.
— Вам тоже показывали? — поинтересовался Артур, указав на щит. Олег кивнул. — Клёво, мне и в голову бы не пришло.
— Готовы? — Вяземская была в тренировочной форме — в такой же тренируются и выступают её подопечные. — Вначале немного теории. Что вы слышали о корпорации «Vox Viva»?
— Виртуальные шлемы, — тут же отозвался Артур. — Всякие полезные гаджеты, всякая игровая шняга. Видел я, шлемами даже пользовался, всё очень качественно.
— Верно, — подтвердила Вяземская. — То, что за этим проходом, — она сняла с пояса своих шорт пульт управления и прикоснулась к нему — в стене напротив появился проход. — Пример другой «шняги», о которой нет официальных публикаций. Скажу только, что «Фонд Нике» в своё время инвестировал в эти технологии, а сейчас над ними работают наши специалисты вместе со специалистами «Vox Viva». Идёмте.
Она прошла сквозь проход, и остальные четверо последовали за ней. Теперь они стояли в комнате размером примерно метров пятнадцать на тридцать, и потолок метров пять высотой. Гладкий пол, стены и потолок — на вид один и тот же материал, похожий на пластик.
— И где всё это помещается? — поинтересовался Олег. — Я замерял высоту потолка — пять двадцать.
— Всё верно, когда вы прошли через проход, то физически переместились на сто двадцать метров по горизонтали и двадцать пять метров вниз по вертикали.
Четверо её гостей переглянулись.
— Не понял, это что — телепортация, или как-то так? — удивился Артур. — Это шутка?
— Позади вас, примерно в метре от прохода, есть аварийная лестница, — пояснила Вяземская. — Можете подняться до поверхности земли, если сомневаетесь, и там сверить координаты. Мы вас подождём.
— Да нет, верю, без проблем. То есть вы уже изобрели порталы? — Артур почесал в затылке. — А почему мы до сих пор летаем самолётами и ездим на автомобилях?
Вяземская улыбнулась.
— Полагаю, вы догадываетесь, какие ведомства прибрали бы технологию, если бы мы предложили её всем желающим. Но пока что возможности портала очень ограничены, а сборка и настройка стоят очень дорого.
— Так, я начинаю понимать, — Олег посмотрел в глаза Вяземской. — То есть это «Фонд Нике» отстроил этот спортивный лагерь?
— Всё верно. Вы ведь заметили, сколько здесь оздоровительных сооружений, не только спортивных. Когда нам фактически запретили работать на территории России, у нас отобрали и этот спортивный лагерь. То, где мы сейчас с вами стоим — часть нашего тренировочного и реабилитационного комплекса. Его создание стоило примерно в пятнадцать раз дороже реконструкции лагеря.
— И Ворошилов-старший и его министерство о нём не знают?! — удивилась Алёна. — Не может быть!
— Знает ровно столько, чтобы терпеть здесь присутствие меня и моих экспертов. Я не шутила, когда говорила, что меня с распростёртыми объятиями примут в любой стране. В первую очередь в США и Великобритании. И если это случится, то комплекс будет демонтирован, а Россия раз и навсегда отстанет в спортивных достижениях от стран-конкурентов.
— То есть у вас всё отобрали, против вас возбуждали какие-то дурацкие иски — я читала, — покачала головой Ольга. — Но вы всё равно здесь! Почему?
— Я родилась и выросла здесь, — ответила Вяземская спокойно. — Мы оба с супругом. Нам нравится эта страна, кто бы ей ни правил. Даже если это государство очень меня не любит, это не повод так поступать с его спортсменами. Если не возражаете, поговорим о политике в другой раз. Сейчас я проведу небольшую демонстрацию. Возьмите рации, — Вяземская выдала остальным небольшие прямоугольные рации, на вид — обычные металлические значки на булавке. — Чтобы не кричать. Я отойду в другой конец комнаты — оставайтесь здесь.
Вяземская отошла в дальний конец помещения и спросила: — Готовы? На всякий случай лучше держитесь о стену, может закружиться голова.
Четверо переглянулись и кивнули — каждый опёрся о стену ладонью.
Что сделала Вяземская, неясно — но комната начала стремительно растягиваться по самой длинной своей стороне — выглядело так, словно Вяземская, стоящая у другой стены, стремительно удалилась вместе с ней в бесконечность — пара секунд, и её почти не видно.
— Круто! — восхитился Артур.
— Физически я сейчас на том же расстоянии от вас, — голос Вяземской доносился теперь из раций. — Если замерять снаружи этой комнаты. В виртуальных координатах я сейчас на расстоянии пятисот метров от вас. Ваши браслеты умеют показывать пройденный путь — просто пройдите ко мне.