— Я обедала у Эли. Но все равно, едем. Мне нужно припудрить носик. А ты пока закажешь для меня десерт, — Лера вдруг подумала, что ей теперь можно есть сколько угодно десертов в ближайшие девять месяцев.
— Я приглашаю тебя на свидание, а ты соглашаешься только потому, что тебе нужно в туалет? — зловеще приподнял бровь Андрей.
— Я не правильно выразилась, да? — виновато улыбнулась она.
— Ничего, я переживу! — обиженно хмыкнул он. — Кстати, звонил наш агент по недвижимости. На продажу выставили еще один дом, в пригороде. До гостиницы ехать минут двадцать, а до города и того меньше. Если ты не голодна, можем съездить, посмотреть.
— Поехали, — согласилась она. — Только после обязательно заедем куда-нибудь перекусить. Я хочу мороженого.
— Полегче с десертами, ладно? А то не влезешь ни в одно платье, — настороженно покосился на нее муж.
Дом, который им предложили, был построен совсем недавно, и состоял из двух этажей. Отделка всего помещения была выполнена в любимых Андреем кофейно-бежевых тонах и Лера, недовольно хмурясь, зашагала по выложенной плиткой дорожке к входной двери вслед за мужем и агентом.
Первый этаж занимали просторный холл и столовая. Двери из огромной кухни открывались в маленький, уютный садик с беседкой. На второй этаж вела каменная лестница. Здесь Лера и Андрей обнаружили три комнаты и просторный балкон с витиеватыми каменными колоннами.
— Можно сделать детскую и спальню! И твой рабочий кабинет! — оживилась Лера и уже толкала двери одну за другой, не переживая за цвет отделки.
Агент недвижимости, чувствуя изменившееся настроение женской половины, распахнул перед ней стеклянные двери балкона. Лера с улыбкой шагнула на свежий воздух и ахнула от восхищения — вдалеке золотистыми переливами отсвечивало море.
— Андрей! — бросилась она к мужу. — Я хочу здесь жить!
— Ты уверена? — снисходительно хмыкнул тот, осматривая качество отделки балкона. — Этот дом стоит дороже, чем мы рассчитывали. А отделку балкона, скорее всего, придется менять.
— Да, уверена! Здесь так спокойно и тихо! Наш малыш сможет играть в саду, и я буду видеть его из кухни!
— Какой малыш, Лера? — фыркнул Андрей и повернулся к агенту. — Сколько у нас времени до начала оформления документов?
— Примерно пара недель. Завтра можно дать задаток. — Последовал ответ.
- Хорошо, нам с женой нужно обсудить кое-какие детали и завтра утром мы с Вами свяжемся.
Уже в машине Андрей снова посмотрел на свою вторую половину. Она сияла от восторга.
— Значит, это место станет нашим домом? — на всякий случай еще раз поинтересовался Андрей.
— Да. — Уверенно закивала Лера. — Я сделаю детскую сама! А в спальне ты можешь лепить свои бежевые тона, сколько угодно. Я уже привыкла к ним в гостинице.
— Весь дом построен на бежевых оттенках! — напомнил ей Андрей. — И заметь, его из нас двоих больше хочешь ты. Кстати, почему такой нездоровый интерес к детской зоне? Ты же передумала заводить детей от такого жестокого и бесчувственного человека, как я?
Лера внимательно посмотрела на мужа, и ей ужасно захотелось поделиться с ним новостью.
— Сегодня у Элеоноры мы делали тест на беременность, — начала она издалека.
— Раньше было модно вместе напиваться шампанским до бесчувствия, а теперь вы развлекаетесь, вместе писая в баночки? — еле удерживаясь от смеха, хмыкнул Андрей.
— Нет же! — обиделась на его сарказм Лера. — Тест надо было делать Эле, а она боялась делать его одна. Мы сделали тест вместе.
— И… что?
— У нее тест получился отрицательный. А у меня, оказался положительным,— потирая вспотевшие от напряжения ладони, рассказывала Лера.
— Так у нас будет ребенок? — растерянно посмотрел на жену Андрей. От сарказма не осталось и следа.
— Да. Я сама в это еще не верю, — пыталась унять дрожь в руках она.
— Надо же… — задумчиво привлек он ее к себе. Некоторое время они сидели молча и было так тихо, что Лера слышала биение собственного сердца. Вдруг, словно очнувшись от наваждения, Андрей протянул к ее сумочке руку. — Отдавай мне ключи от машины. Немедленно!
— Что-что?.. — все еще не придя в себя от приятного чувства единения, захлопала глазами она.
— Я не позволю тебе водить машину. В ближайшие девять месяцев точно.
— Нет! Мне нельзя нервничать! Ты не имеешь права лишать меня средства передвижения!
— Я лишаю тебя гробика на колесах! Отдай ключи!
— Ни за что!