Сказать, что я в первый раз держал в руках перо, — слукавить. Когда-то давно, ещё в студенческие года, умудрился случайно попасть на одну занимательную экскурсию по Золотому кольцу. Так вот там нам и предложили сделать несколько надписей классическим пером, не превратив при этом сам лист в сплошную кляксу. Получилось у меня, сказать честно, плоховато, а теперь…
— А нельзя ли карандашом? — поинтересовался я у сестры милосердия, что и стояла за стойкой регистратуры.
По её удивлённому взгляду понял, что сморозил страшную глупость. Всё же, раз я дворянин, то должен быть образован и в совершенстве владеть популярными письменными принадлежностями. Так что пришлось мне вооружиться холодным пером, обмакнуть его в чернильницу и в последний момент остановить себя. Чуть не расписался за себя прошлого, как за Михаил Андреевич Лазарев. Потому и обратился к памяти предшественника и расписался как Читалова Михаила Алексеевича. Правда, предательская капля чернил всё же сорвалась с пера, оставшись на бумаге неровной кляксой.
Больничная сестра ничего мне не сказала, и на том спасибо. Я, распрощавшись, поспешил покинуть больницу как можно скорее, едва ли не бегом выбегая наружу. Хотелось как можно быстрее оказаться вне медицинских стен.
У входа в больницу меня уже ждал припаркованный автомобиль с необычной надписью на чёрном борту. «Руссо-Балт» — прочитал я и присвистнул. Выходит, что этот многострадальный завод всё ещё живой. Занимательно…
Завидев меня, Сергей открыл мне дверь, и я погрузился в мягкий салон машины. Длинный диван, вышитый из окрашенной в белый кожи, с удобным откидным подлокотником посередине и с пепельницами в двери. И курили здесь в прошлом точно часто, всё же табачный дым имел неприятную способность пропитывать собой любую поверхность, и кожа не стала большим от того исключением.
— Куда едем, Михаил Алексеевич? В ресторан или домой?
Я задумался. С одной стороны, стоило как можно быстрее вернуться домой, чтобы обрадовать оставшихся родственников своим нахождением в здравии, а с другой, раз и здесь меня не покидали дела бизнеса, то стоило провести хотя бы первичный осмотр. О полном аудите говорить было пока что рано, всё же не успел я освоиться в этом мире достаточно.
— Сёстры будут волноваться, — будто склоняя меня к решению, добавил Сергей.
Действительно, из живых «родственников» у меня осталось три сестры: Екатерина, Мария и Вера. Правда, я пока не мог представить встречи с ними. Не говорить же им о том, что в теле их брата теперь совершенно другой человек из альтернативного мира, попавший сюда отнюдь не по своей воле. Будь я на их месте, то отправил бы меня за подобные речи не просто в больницу, а под присмотр над душевнобольными. Так что нет, эту встречу пока оставим в стороне — сейчас в ресторан.
Сергей моё решение принял кивком, и мы выехали с парковки. Машина катила на удивление плавно и с куда большим комфортом, чем почти любая единица общественного автопрома в моём мире. Может, здесь взяточников просто вешают? Хорошее было бы решение. А то в моей вселенной от отечественного гражданского сектора автомобилестроения остались лишь жалкие попытки в транспорт, едва не монополизировавшие автомобильный рынок.
Перед тем как я успел упереться в окно взглядом, считывая непривычно низкие улочки города, Сергей предложил мне свежайший выпуск газеты. Признаться, никогда не любил этот источник информации, но где я сейчас достану телегу с информационными каналами? А информация в непонятной ситуации — самое первое дело. Без информации ты, считай, полностью слеп и глух.
Я тут же взял предложенную газету, своим рвением, кажется, насторожив водителя, но уж ладно, переживёт. А новости мне нужны были как воздух.
«Столичный Вестник» — гласило название газеты в моих руках. Выходит, что в столице я, а уж где эта столица — вопрос новый. Но это потом, выясним как-то. Главное, что мне стала известна дата выпуска этой газеты. Четырнадцатое апреля одна тысяча девятьсот двадцать пятого года.
Я развернул листы, стараясь не выглядеть слишком жадным до информации. Хотя, кого я обманываю? Я вцепился в газету, как утопающий в спасательный круг. Телефона нет, интернета нет, привычных каналов нет, а мозг уже который час визжит от информационной пустоты, требуя хоть каких-то мостиков для того, чтобы связать действительность в картину.
«ЕГО ИМПЕРАТОРСКОЕ ВЕЛИЧЕСТВО БОРИС V ГОДУНОВ ПРИНЯЛ ДЕПУТАЦИЮ СЕВЕРНЫХ ПРОМЫШЛЕННИКОВ»