- Прошу, король, поведайте жителям волю Эребаса, – приглашая подойти к рогу сказал Воелиар.
Домициан прочистил горло.
- Слуги воли Эребаса и мои братья, моя дочь похищена и обесчещена безумным принцем Иаредом, это дитя не исполнит пророчество. Наш защитник позаботиться о нас, дитя уйдет в чертоги не родившись. Так сказал мне Эребас. Эребас Фанатоу!!!
- Эребас Фанатоу, - словно волной накрыло Кастис. Жители Кастиса прикладывали три раскрытых пальца к груди и затем направляли их в небо, такого было Эребасово осенение.
Среди прочих в толпе стоял некий житель одного из небогатых частей города, голова его гудела с похмелья. Когда дармейцы стали распевать хвалы Эребасу, он устало побрел обратно за работу. Звали его Фират, и работа его состояла в очистке скота. За несколько динариев он драил горбатых лошадей и красно-шерстных овец. Оставшись без родителей Фират жил в маленьком сарайчике и каждый день ходил на окраину Кастиса на место труда. В очередной раз проходя мимо улочек, которые ему напоминали о матери он решил вместо работы заглянуть в один из храмов, пока они пустовали. У него завалялась мелочь, и Фират уверенно зашагал в ближайший храм. На пороге прямоугольного строения, в приходе стоял жрец и пел гимн. По бокам от входных врат, были вырезаны в камне изображения Эребаса, стоящего ногами на юманах.
- Эребас Фанатоу, - приветствовал жреца Фират.
- Чего тебе, не видишь я славлю Эребаса, - прервав пение сказал жрец.
- Я хотел бы поговорить с мамой, вот немного медяков, – смутившись сказал Фират.
- Тут на пару минут, ладно заходи, сегодня можешь встать поближе, вишь понадобилось ему сейчас. Эребас спускался в главный собор, Домициан чертог его подери, пророчествовал. А тебе надо поговорить с мамой. Жрец встал у алтаря и кинул в огонь пару монет.
Фират встал на колени и начал призывающую молитву.
- Ладно я выйду на улицу, давно на душе не было так спокойно. А ты поговори пока, - смягчившись сказал жрец.
- О бог небесный, бог красного замка, ты возложил на себя шипастую корону царствовать над нами, молюсь тебе, возвышаю тебя, величаю тебя, ибо ты владыка сладости. Ликуйте в чертоге Эребаса, тому что он совершил. Все боги величают тебя. Слава тебе Эребас, я твой особенный поклонник. Дай мне возможность видеть мертвых на земле живых. Позволь ощутить присутствие матери.
Огонь в алтаре загорелся ярче, огоньки стали танцевать, отражаясь от каменных стен храма. Фират впервые находился в таком пустынном храме. Слева от алтаря находился неглубокий бассейн для жертв, такой же, с закопченным потолком и углями находился справа. Приход, средняя часть храма и алтарь из желтого камня выстраивались анфиладой. На полу была разбросана мягкая сладко-пахнущая трава. Темноту храма нарушал лишь свет из нескольких окон, основным источником служили светящиеся в темноте священные надписи и рисунки. Наконец огонь из алтаря загорелся красным светом, и из него вышла мать Фирата.
- Здравствуй сынок, - раздался знакомый дармейцу голос.
- Здравствуй матушка, как ты там на той стороне? – с грустью спросил Фират.
- Здесь благодать, что слышно у тебя, почему в храме так пустынно? – наклонив голову спросил призрак.
- Эребас спускался к нам, и Домициан вышел всех успокоить. Мать может я перейду к тебе? Мне всё невмоготу…
- Нет Фиратушка, не спеши, тебе ещё отведено время. Наслаждайся тем что имеешь. Сейчас в чертоге беспокойно. Фират встал с колен и подошел как можно ближе к матери. Она стояла полностью одетая в мафорию. Оглянувшись что никого нет, она вознесла руку над Фиратом и попробовала прикоснуться к его лицу.
Фират заметил раны на её ладони, - что это мама? – ошарашено спросил он.
- Послушай меня сынок, - она оглянулась по сторонам, - что слышно с ребёнком принцессы и царевича? Он жив?
- Домициан только что передал что дитя пока живо, но скоро ему настанет конец.
Врата в храм стали раскрываться, занося с собой красный цвет.
- Помоги Еноху, когда он придёт.
- Что? – лишь успел произнести Фират, когда пламя схлопнулось оставляя его один на один с жрецом.
- Ну как ваша матушка Фират? Блаженствует? – спросил, поправляя накидку жрец.