- И ты не спрашивал почему?
- Спрашивал, но Макс всегда отшучивался, а Серега просто сам по себе немногословен. – Петя встал. - На сегодня, пожалуй, хватит откровений. Надо выезжать.
Они приехали в аэропорт заранее, Петя вышел, Женя осталась в машине на парковке. Она выставила локоть в открытое окно и положила на него голову. Сон подступал все ближе, а в боковом зеркале медленно наплывало солнце. Алые лучи не согревали тело, но было в этом что-то дарящее надежду, говорящее, что все это лишь суета, а главное где-то далеко-далеко, там, где восходит солнце. Она видела, как взлетают самолеты, и сердце ее сильно защемило, так хотелось ей сейчас выбраться отсюда, улететь далеко, забыть, все, что было. Дверь машины со стуком захлопнулась.
Она нехотя завела машину, повернулась в сторону гостя на заднем сиденье и качнула головой в знак приветствия. Он ответил тем же кивком, и машина тронулась.
- Ты девушка Макса? – спросил Серега.
- Его подруга.
- Вообще ты права, ты не в его вкусе.
- Что ты хихикаешь? – спросила она у Пети, тот не мог сдержать улыбки.
- Просто Макс сказал тоже самое.
- Что за фигня? – возмутилась Женя. - Почему все решили, что я не в его вкусе?
Серега хохотал, Петя повернулся в его сторону и тоже рассмеялся. Женя стукнула его кулаком по локтю.
- Говори, давай.
- Знаешь, - начал Петя, и замолчал. – Разве ты сама не заметила?
- Длинноногие блондинки? Ты про это?
- С пустой головой. – Добавил Серега.
- С чего ты взял, что моя голова не пустая? Я может тоже дурочка длинноногая, только цвет волос другой.
- У тебя умные глаза. – Сказал Серега.
- Какой-то вздор. Не нравятся ему дурочки, вы придумали все это, смеетесь надо мной! – Залепетала Женя.- Ладно, я слишком устала, чтобы бороться с вами.
Унылый пейзаж мелькал за окном. Спустя полчаса Женя со скрипом припарковала машину.
- Я позвоню вечером. – Сказал Петя, выходя из машины. - Отсыпайся.
Серега тяжело хлопнул дверью, будто специально:
- Отличная машина, - сказал он.
- Купила на деньги, которые выиграла в покер. – Женя гордо задрала голову.
- А выиграла то немного, - подмигнул он.
8. Ради самой игры
Что-то вроде ностальгии промелькнуло в сознании Сергея Мельникова, когда он увидел девятиэтажный дом, в котором вырос. Ощущение это быстро испарилось, заменив собой чувство духовной клаустрофобии. Вот он стоит перед обрывом, внизу течет Енисей, разделяющий город, за ним начинаются леса, и в дали уже горы. Такие огромные пространства, но нет чувства свободы, наоборот, будто тебя зажали в тиски.
Он ехал в центр города на такси, и, глядя в окно на толпившиеся в пробке машины, удивлялся какие же узкие здесь дороги по сравнению с Москвой. Город нисколько не изменился. Таксист слушал восточное радио и что-то весело напевал на своем языке. Возле управы он остановился, и когда Серега протянул ему пятисот рублевую купюру, начал возмущенно вскидывать руки, жалуясь на то, что у него нет сдачи.
- Сдачи не надо, - сказал Серега и вышел из машины, таксист снова что-то весело запел.
Серега поднялся по лестнице, прошел по пустынным коридорам. Секретарша, стоявшая возле двери в кабинет, удивленно вскинула брови, но ничего не сказала. Он зашел внутрь, Крячко сидел за столом и смотрел на него глазами толи мартовского кота, толи человека, близкого к сумасшествию.
- И вот явились призраки, - произнес он громким баритоном, встал из-за стола и подошел.
- А ты постарел, - сказал Cерега, оглядывая с высоты роста его разъехавшуюся лысину.
- Никто не вечен. Присаживайся.
- Я только передать, - он положил небольшой белый пакет на стол Крячко. – Будешь пересчитывать?
Крячко бросил нервный взгляд на стол, закусил губу и машинально сделал пальцами жест, будто отсчитывает деньги.