- Ну что ты, я тебе доверяю.
Серега посмотрел на него грубовато исподлобья глубоко посаженными глазами и коротко бросил:
- Тогда бывай. – Он развернулся и направился к двери.
- А ведь знаешь, если подумать, то, кто как не ты, мог помочь ему. Старший брат спешит на помощь бедному непутевому дурачку.
Серега развернулся, потянул за ручку двери.
- А ты ведь тоже постарел, - кинул ему Крячко.
- Не сомневаюсь, - ответил тот, даже не повернувшись.
Он вернулся домой также на такси. Задержался возле входной двери в подъезд. Рядом с окном первого этажа на одном из кирпичей он увидел надпись: «Здесь были Макс и Петя.» Она уже поблекла, но все же читалась. Сколько лет прошло с тех пор, пятнадцать?
Серега зашел в квартиру, где прошло его детство и юность. Здесь все еще витал дух присутствия его бабушки. И застывшие вещи таращились на него как на чужака. Он рано потерял родителей. Мама погибла в автомобильной аварии, когда ему было шесть. Машину занесло на гололеде и она вылетела на автобусную остановку. Он почти не помнил ее. Отца перемололи меха девяностых, он неудачно занялся предпринимательством, и один из его бизнес партнеров решил закончить сотрудничество двенадцатью ножевыми ранения. Его воспитывала бабушка – Линовская Валентина Павловна – яркая фигура в научных кругах Красноярска. Когда ему стукнуло восемнадцать, ушла и она, будто специально ждала его совершеннолетия.
Серега побродил по квартире, прилег на кровать, неспокойно проспал три часа. Ему хотелось вернуться обратно, его тянуло снова в Москве. Но он обещал Пете четыре дня, поспешно обещал.
Что изменилось, так это квартира Макса. Все стало неприлично прилизанным. Он не узнавал лощеных лиц, на него смотрели странно.
- Это ты?
Серега обернулся и увидел Колю Баранова - барабанщика из группы «Валгалла», в которой играл Макс.
- А я не поверил, что это ты. – Они обнялись. – А ты так-то будто еще вырос.
- А ты вторую руку забил?
Коля стянул толстовку и показал две руки, забитые татуировками до самого плеча.
- Сильно, чувак.
- Как жизнь? Как в Москве? Вот думаю тоже перебираться.
- Живу, не жалуюсь.
- А я так и думал, что ты вернешься, когда услышал про Макса. Паршивая история, конечно.
Серега вздохнул, покачал головой в знак согласия. Коля достал из пачки сигарету и уже вставил в рот:
- Покурим? – спросил он.
Серега замешкался, бегая глазами по квартире, он бросил курить. И вдруг услышал знакомый смех, звонкий слегка наигранный, будто его репетировали не один час:
- Сережа! – Марина подлетела к нему, обвела вокруг шеи и повисла на спине. – Я как узнала, что ты приехал, сразу помчалась сюда. - Он повернулся, она снова обняла его, будто они не виделись несколько лет, хотя и встречались в Москве буквально пару месяцев назад, когда ее рейс на Майорку задержали.
- Я так рада, что ты вернулся.
Он отстранил ее:
- Не вернулся, просто приехал в гости.
- Не говори глупостей, это ведь твой дом. Какие еще гости?
Да нет, они самые. Но вслух ничего не ответил.
- А помнишь, как ты учил меня играть в покер? Прямо на ленте? - Она наигранно рассмеялась, и глаза ее загорелись. - А давай сыграем сейчас? Сегодня из-за Макса все в каком-то трауре и никто не играет. Как будто он умер. Вот увидишь, не пройдёт и недели как его отпустят. Но мы же можем? Было бы чудесно.
Улыбка сошла с его лица, он убрал Маринину руку с плеча.
- Я больше не играю.
- Опять глупости? Ты же знаешь, я не играю на деньги. Просто ностальгия.
- Я серьезно.
- Какой скучный ты стал. Но даже не думай, ты от меня не отделаешься.
Он увидел, как на покерном столе сидела, обхватив коленку, девушка в кепке с длинным козырьком. На нее падал свет от окна, и волосы в лучах солнца переливались будто старое медное кольцо. Она что-то рассказывала Коле, жестикулировала, трогала его татуировки, потом свои руки. Потом отодвинула ворот футболки, провела пальцем по обнаженной ключице. Марина заметила, что он смотрит на нее.