- Привет, - сказала она, натянуто улыбнулась, плечи вжала в себя, потом прошла в квартиру и увидела его лицо в свете. Правый глаз его почернел, синяк глубоко въелся в кожу. Она удивленно приложила руку к губам и ахнула. - Мне так жаль, извини, пожалуйста.
- Да ничего страшного. – Он махнул рукой. - Скажу друзьям, что подрался в баре.
- Правда, извини, мне очень стыдно, - она неловко улыбнулась. – Я, собственно, поэтому и пришла, чтобы извиниться. Так что, я, наверно, пойду. – Она развернулась и уже начала нажимать на ручку двери, как что-то заставило ее повернуться. – Хотя, может, сходим куда-нибудь, выпьем кофе?
- Уже поздно для кофе.
- Тогда завтра?
- Завтра я уже буду в Москве.
- Ну, тогда пока. И еще раз извини, - она развернулась и открыла дверь.
- Мы можем выпить чего-нибудь у меня. Вино, виски, и все заметь четырехлетней выдержки. И я тут готовлю. Решишься отведать мою картошку с грибами?
Женя неуверенно пожала плечами и закрыла дверь.
Он обошел ее сзади и снял пальто, она удивленно вскинула голову и отстранилась.
Она прошла и сразу из коридора попала в светлую просторную гостиную с объединенной кухней. Полки украшали мелкие статуэтки и семейные фотографии. Из приоткрытой двери виднелась спальня и не заправленная кровать.
Сережа выставил тарелки на барную стойку, она села.
- Вина? – предложил он.
- Нет, я за рулем.
- Я вызову такси. А завтра Петя вернет машину.
- Нет, - ее голос звучал неуверенно.
Он открыл бутылку и налил себе.
- А я риску.
У него были густые темные волосы, широкое лицо с удлиненным носом, прямые ровные губы и небольшие глаза, глубоко посаженные с нависшими бровями. Он не был красив в привычном понимании. Но во всей его фигуре, в его взгляде чувствовалась мужская сила, говорящая о спокойствии и уверенности в себе. Барная стойка показалась Жене слишком узкой, они сидели напротив друг друга и взгляды их слишком часто встречались.
- Пожалуй, я выпью. – Сказала Женя.
- Знал, что рискнешь.
- Не думаю, что вино испортилось. – Она сделала глоток и инстинктивно поморщилась. – Очень неплохо.
- Это дешевая подделка.
- Тогда глупцы те, кто переплачивает за оригинал.
Он засмеялся.
- Вообще я ничего не понимаю в винах, а вот картошка просто изумительна. Моя бабушка делала похоже. Она заливала лисички сметаной и посыпала тмином. Только без картошки. И ты тоже добавил тмин.
- Это просто единственное, где не поселились личинки жуков.
Она прекратила жевать, посмотрела на тарелку, потом на него округлившимися глазами.
- Да шучу я, расслабься. Я вот не понимаю, но только здесь выходит вкусно, то ли дело в сковороде, то ли в плите, то ли в этой кухне. Но дома так не получается.
- Может дело в картошке?
- Может быть, - сказал он и засмотрелся на нее, пока та улыбалась. - У тебя красивая улыбка, но ты редко улыбаешься.
И тут вся простота момента пропала. Она напряглась.
- Тоже самое могу сказать и о тебе.
Кажется, он понял это, потому что ответил слишком искренне:
- Мне здесь неуютно.
- Но ведь это твоя квартира.
- Да, - он осмотрелся вокруг, - и да, и нет. Знаешь, я как будто стал другим, когда вернулся сюда. Как будто я в своей прошлой жизни. И этот город угнетает меня. Здесь я больше не чувствую свободы. Осталось лишь мое прошлое, которое тяготит.
Он говорил спокойно и просто, без надрыва. Потом налил себе еще и отпил. Отодвинул тарелку, положил руки на стол, чуть придвинувшись к ней, и спросил:
- Я не нравлюсь тебе? – Женя опешила и подавилась. – Ты бегаешь от меня, как от таракана.
- Ничего подобного, - заявила она.
- Тогда что?
- Ты еще спрашиваешь? – она пила уже второй бокал вина и окончательно осмелела. – Ты хотел подставить меня.