Пересадка в Московском Шереметьево в сорок минут, слишком короткая, чтобы что-то запомнить, лишь огромные информационные табло и длиннющие очереди на контроле. И вот они уже снова в самолете, еще три часа и они вышли в палящее солнце морского города.
- Приключения русских в Италии начинаются. – Сказала Марина, надев темные очки.
- Ты же сутками будешь на пляже торчать. – Сказал Петя.
- А это мы еще посмотрим. – Она грациозно закинула кофту на плечо и покатила чемодан.
Они арендовали красный Фиат, размером с консервную банку, Женя с Мариной залезли на заднее сидение, на них нагрузили чемоданы и сумки, машина со скрипом прогнулась, и они покатили. Женя открыла окно.
- Какая прелесть, - сказала она. Свежий запах моря и раскаленного песка влетел в окно.
- Ты еще бы голову высунула, как собака, - сказала Марина. На заднем сидение ее укачивало, тяжелые сумки давили, а сейчас еще и ветер развеивал ее длинные волосы по всей машине. – Так, хватит. – Сказала она и вытерла со лба пот. - Ну-ка, Петя, пересаживайся сюда. Побудь джентльменом?
Петя тихо посапывал, она треснула его по плечу, и он подскочил.
- Уже приехали? – спросил он.
- Не приехали. – Ответила Марина, - Пересаживайся на мое место, не могу здесь больше.
- Да хватит там, - сказал Макс. – Почти приехали.
Они остановились возле каменного дома с красной черепичной крышей в два этажа. По периметру дома раскинулись два высоких дуба и стройная сосна. Во дворе просторная веранда с такой же черепичной крышей и тканевая беседка со столом в центре. В настежь открытую дверь влетала прозрачная тюль, отделявшая дом и двор. Тюль дернулась, и из двери появилась невысокая женщина с загорелым гибким телом в коротких шортах и футболке поло.
- Ну, наконец-то, - сказала она, крепко обняв Макса. - Я ждала, что вы будете бледные, как поганки, а вы вон какие коричневые, - сказала Марго, и взгляд ее упал на Женю, - а ты чего стоишь? – она выхватила сумку из ее рук и повела всех в дом.
- На пляж уже не пойдете? Устали, небось? Постели всем постелила. Ребятам, как обычно, а Жене в мансарде.
- Мы бы поели, ма, - сказал Макс и глубоко зевнул.
- Давайте накроем в беседке? – сказала Марина. Марго кивнула, и Марина будто жившая здесь целую жизнь, достала из тяжелого деревянного комода, что стоял чуть поодаль входа, белые скатерти.
Женя не помогала на кухне, она сидела с ребятами на веранде и пока те курили, рассматривала каменный пол, сделанный из мелкой гальки, наверное, принесенной морем. Должно быть, ей следует готовить с остальными женщинами, она несколько раз поглядывала на кухню, но постеснялась Марго и осталась сидеть с ребятами.
На ужин был салат из рукколы с креветками и паста карбонара. Уже садилось солнце, когда они сели за стол. Небо стало нежно розовым, длинные белые скатерти свисали до самого пола, красное вино стыло в графине.
- Я представляла тебя совсем другой. – Сказала Марго. - Макс так часто говорил о тебе.
Женя не поняла, что обращаются к ней и разглядывала непонятную для нее рукколу, горькость травы оказалось необычной, но вместе с креветками давала такой сочный вкус.
- А какой ты думала она будет? – спросила Марина, подперев голову рукой. Она уже выпила два бокала вина и окончательно успокоилась.
- Наглее что ли.
- Не обращай внимания, это она пока такая, прямо какой-то ступор, когда знакомится с кем-то в первый раз.
- Да я просто впечатлена всем этим, - Женя покраснела, - у вас очень красивый дом.
- Есть такое, только достался мне кровью и потом. Этот чертов ублюдок …
- Ма, - одернул ее Макс, - давай не сегодня. – Он уже поел, и сейчас раскинувшись на стуле, пил вино.
Марго натянуто улыбнулась.
- Когда я злюсь, мой папа всегда говорит, это из-за вины, которую я чувствую. Нужно перестать себя винить, и злость пройдет. Часто виноваты не мы сами, мы ведь заложники обстоятельств. – Сказала Женя, глотнув вина.
- Да? И в чем же я виновата, по-твоему?
Требовательный тон Марго заставил ее снова покраснеть, и зачем она вообще начала говорить?