— Ты тоже, — вдруг помрачнел Леня, сосредоточенно выковыривая из кекса изюм.
— Работаем врозь, — опять сказала Тоня, — живем врозь, даже учимся врозь; он на курсах монтажников, я по малярной части. Леню уже взяли на монтаж, а я еще на женской работе, таскаю раствор.
— Вы пробовали просить комнату? — спросил я.
— Да, ходил к одному деятелю, — ответил Леня. — Зря, конечно. Он мне популярно объяснил, что гораздо более достойные и нужные стройке люди живут вот так же, по разным общежитиям.
— Может быть, вам лучше вернуться домой, в Минск?
— Нет! — Леонид вскочил, зашагал по комнате. — Нет, — тихо, но решительно повторил он. И вдруг сорвался на страстную тираду: — Мы нужны здесь, мы строим автозавод! Конечно, нас, как и многих, сбили с толку слухи: мол, стройку ведет фирма «Фиат», незнакомая организация работы, никаких расценок, всем командуют итальянцы… Хотелось показать им, на что способен я, рядовой комсомолец, утереть нос, «подковать блоху» — ведь каждый из нас в душе Левша, даже если мастерства не хватает! Оказалось все не так, стройка во всем наша, советская, но значит тем большая ответственность за нее лежит на каждом из нас. А какой город строится! Эталон будущих наших городов! Ради одной перспективы жить и работать в таком городе стоит кое-чем поступиться, потерпеть.
— А вы, Тоня, так не думаете?
— Нет, почему же?.. — она улыбнулась. — Все-таки очень интересно жить самостоятельно, без пап и мам, своими руками строить автозавод… Вы приходите к нам на работу, особенно к Лене, он сейчас у Тугрова работает — не слышали? Арсений Тугров, монтажник. Они ставят металлоконструкции, я бегала смотреть. Там все такое громадное…
Прощаясь, я записал, где искать Леню и Тоню, но, наверно, потерял бы их из виду, если бы не та история с Марикой в снежный февраль 1968 года. Но о ней я расскажу потом.
А пока на меня с громким лаем мчится большая черная собака, и я, пряча свой испуг, радостно приветствую ее: «Негри! Не узнала? Здравствуй, Негри!».
Она круто останавливается, слегка пригибается, расставив передние лапы, и… виляет хвостом. Общий язык найден, я даже рискую погладить Негри по голове, и она ведет меня между сосен к своему дому.
Удивительный дом построил Леня!
Все началось с того, что молодожены все-таки сняли комнату «у частника». Чтобы подработать на квартиру, Леня нанялся по совместительству ночным сторожем на пляж.
— Ведь здесь основная работа — присутствовать по ночам, — рассказывал он мне, — тут и поспать можно. Воду никто не унесет, песок с пляжа — тоже. Тоня часто приезжала ко мне сюда, даже ночевать оставалась, но вдвоем нам в будке показалось тесновато, вот и пришло в голову пристроить спальню. Хорошо получилось?
Он говорил вполне серьезно, и я кивал головой, стараясь не рассмеяться. Все-таки эти молодожены были детьми с необузданной детской фантазией! Как можно было ночевать в этой будочке, да еще вдвоем, ума не приложу: разве что высунув ноги на улицу. Теперь, с пристроенной спальней, сооружение стало уникальным.
— Тут ящики продают здоровенные, с деревенскую избу, — продолжал рассказ Леонид. — Но нам-то зачем такие огромные хоромы? Правда, я немножко не рассчитал, наш ящик оказался маловат. Тогда мы решили не ставить его, а положить набок. Потолок получился низким, но в остальном все хорошо. И тахта!.. Правда, оригинально?
— Да, безусловно! — быстро согласился я.
Уж чего оригинальней! Ящик Леня Бойцов приколотил к задней стенке своей сторожки и выпилил часть этой стенки. Залезать в «спальню» приходится на четвереньках, а топчан, который Леня назвал «тахтой», едва возвышался над полом. Зато Леонид богато радиофицировал жилище, а Тоня повесила на окно занавеску, вбила в стенку напротив «тахты» три гвоздя и устроила там гардероб.
— Вот мы и домовладельцы, — сказал Леня, когда они вселились.
— Что ж, Ленька, — ответила Тоня, — домом это величать нельзя, но дачей можно. На дачах и хуже бывает. Жаль, пальто для гардероба длинновато…
— Ничего, потом пристроим еще что-нибудь, — успокоил Леня.
И когда они улеглись спать, Тоня обняла своего Леонида и зашептала:
— А когда у нас будет настоящая комната, мы купим модную мебель, сборную, ладно?
— Обязательно! И чтобы масса книжных полок, во всю стенку до самого потолка!
— Конечно. А вдоль книг я буду ставить куколок, деревянных, из разных республик. Много-много, коллекцию. Можно, Леня?
— Можно, — милостиво разрешил Леонид. — Тебе только бы в куклы играть! Я о серьезном думаю: как нам новоселье отпраздновать?
— Что ты, Леня! Кроме нас, тут никто не поместится!..