Елена отметила, что на улицах появились бумажные самолетики. Похоже, сделанная мимоходом игрушка двинулась в народ, завоевывая детские сердца квартал за кварталом. Стало немного стыдно, потому что бумагу детишки для своих забав точно не покупали. А на прилавках уже продавали вольные версии с приклеенными головами драконов и прочей волшебной жути.
Проходя мимо дома какого-то цирюльника, Елена посмотрела на деревянную башку горгульи под крышей. На башке сидел упитанный мяур, довольно щурясь желтыми глазами. Здоровенные когти глубоко ушли в дерево, короткие уши вращались как локаторы, отслеживая тончайшие нотки уличного шума. Скорее всего, это — зверь, не горгулья — был квартальный талисман. Рептилоидных кошек в Мильвессе любили, как и почти во всей Ойкумене. Подкормить мистическое животное было за честь, а обидеть мяура считалось большим грехом.
Серый зверь посмотрел прямо на Елену, овальные зрачки расширились, будто узнавая. Животное молча проводило женщину немигающим взглядом. Бывшей аптекарше вспомнился Господин Кот с Пустошей. Стало немного грустно и захотелось узнать, как он там? Получает ли каждое утро достойную порцию свинины, как прежде? Сколь-нибудь достоверные новости с Пустошей до Мильвесса не доходили, только общие слухи, которые побуждали все больше городской бедноты сниматься с места и отправляться в далекое путешествие на север, где смерть шла под руку с человеком, зато имелась ничейная земля в достатке. Впрочем, немного зная Сантели, Елена не сомневалась, что в магических пустошах кипит жестокая междоусобица бригад. Если уже не отгорела, закончившись чьей-нибудь решительной победой. Было бы хорошо встретить живого Шарлея…
Дома Елену ждали Баала и письмо, выписанное каллиграфическим почерком на листе настоящего папируса. Курьер в цветной ливрее переминался с ноги на ногу, дожидаясь ответа, похоже, не первый час. Елена ожидала увидеть текст, соответствующий роскошному листу и печати зеленого сургуча, однако послание оказалось лаконично и, похоже, написано лично отправителем, без услуг секретаря. Флесса извещала «болвана» о том, что решила перенести спарринг на другой день и приглашает «мастерицу Люнну, горожанку и достойную особу» к середине вечерней стражи на причал. К обусловленному сроку прибудут носилки. Обратная доставка гарантируется по любому желаемому адресу.
— Круто зажигает графиня, — заметила Елена, переворачивая лист, чтобы убедиться в отсутствии приписок.
— Графиня? — скептически хмыкнула карлица, поправляя длиннющий зеленый шарфик, повязанный на манер тюрбана. — Сюда смотри, — она ткнула пальцем в небольшой значок на печати.
Елена добросовестно посмотрела на завиток, похожий на пятиугольный шатер с коническим навершием.
— Деревня, — вздохнула карлица. — Учить тебя еще и учить. Это «корона достоинства». Рисуется над гербовым щитом, чтобы сразу показать ранг обладателя. Твоя покровительница не графиня. Она герцогиня и «аусф».
Что такое аусф Елена знала, Эта приставка к фамилии означала, что владелец не только благороден, имея за плечами десять поколений аристократических предков, но и владеет землей с, по меньшей мере, одним городом, личным замком, лесом и портом. Толкование допускало очень широкие границы, например, за лес прокатывала большая роща, порт вполне мог оказаться речным, а то и просто большим мостками на озерце. Однако черная графиня точно не относилась к тем, кому приходилось шаманить с формулировками.
Хотя не графиня, да. Герцогиня, пусть и «вице».
«Карабкаюсь по социальной лестнице»
— Причем из довольно старого рода, поэтому корона простая, — продолжила геральдический ликбез карлица. — Такие рисовали после того как рухнула Старая Империя и выполнять сложные каллиграфические рисунки стало некому. Потом гербы опять усложнились. Так что этим… — она всмотрелась в письмо. — Вартенслебенам пара веков точно есть. Не приматоры, но очень и очень достойно.
Баала посмотрела на квартирантку и со всей искренностью дала совет:
— Лови момент.
— Что? — не поняла Елена.
— Лови шанс, — снова терпеливо посоветовала карлица. — Молодая наследница из хорошего рода, пусть даже с другого конца Ойкумены, это не свинья в корыто чихнула. Считай, Пантократор на тебя удачливым пальцем указал. Сначала в постель, потом, глядишь, в слуги. А после и лекарем семейным, отчего бы и нет?
Елена хотела сказать сразу много разных вещей, в первую очередь повторить уже сказанное Грызуну-Мурье относительно того, что проститутки — в противоположном направлении. Но передумала. Это Ойкумена, здесь так принято, здесь так живут. И, говоря по совести, если бы какая-нибудь наследница мегакорпорации обратила внимание на рядового горожанина, пригласив для начала в круиз на личном джете, сколько людей повторили бы рекомендацию Баалы, пусть и в другой форме?