— Я уже знаю, — оборвал ее декан, бросив неодобрительный взгляд на Дэниэла. Он не доверял парню, считая его излишне подверженным правилам, которые сам часто нарушал. Но Морган уже неоднократно ручалась за него, да и глаза на Бали всем им раскрыл именно он. — Жаль наших людей, но будет сложно проследить связь между ними и школой. Мы будем стоять на том, что они действовали по собственной инициативе.
— Я не об этом, Родрик, — вновь попыталась Морган.
— Да, он поглотил силу черных — и это плохо, но теперь он знает, что на него идет охота с обеих сторон, и я надеюсь, ему достанет ума не противостоять открыто школам.
— Родрик, — выдохнула Морган, не в силах больше сдерживаться и выслушивать его предположения, — он напал на черную школу.
— Что? — глаза декана округлились. — Откуда ты знаешь?
— Нам пришло сообщение от наблюдателя.
— Неужели он настолько силен? — Родрик откинулся в кресле, ошарашенно обводя взглядом стены кабинета. — Этого не может быть, это невозможно! — Он с надеждой взглянул на Морган и поникшего Дэниэла.
— Нужно что-то делать, — глядя ему в глаза, как можно более спокойно и убедительно произнесла Морган. — Если он расправится с ними — нам конец. Всем конец: сила его станет беспрецедентной, когда он поглотит мощь черной школы.
— Этого не случится, — покачал головой Родрик. — Сила трех мертвых магов не поможет ему одолеть всю школу. Они справятся, — нотка хищного удовлетворения зазвенела в его ставшем более уверенным и спокойным голосе. — Конечно, школа понесет существенный урон, но нам это только на руку, — Родрик улыбнулся. — Мы не будем им помогать, Морган.
— Но наш человек, Родрик, — попыталась возразить она.
— Что значит одна смерть ради всеобщего блага? Тем более, она всегда знала, чем рискует.
— То есть мы просто будем сидеть и смотреть? — подал голос Дэниэл.
Родрик окинул его презрительным взглядом, как червя, высунувшегося вдруг из земли.
— Почему же, — язвительно заметил он. — Можем похлопать в конце представления. С какой стороны ни смотри, мы окажемся в выигрыше.
— Только не в том случае, если он победит, — возразила Морган.
— Иногда ваша трусость меня просто поражает, — возмутился Родрик, подымаясь с кресла и возвышаясь над столом. — Это невозможно! То, что он делает — чистой воды самоубийство, но он вправе позволить себе подобную роскошь. Собственная школа и его собственный воспитанник напали на него. Да, он победил. Но как долго это будет продолжаться? Он прекрасно понимает, что преследование не прекратится, и рано или поздно его застанут врасплох. Так не лучше ли уйти под фанфары? В своего рода стиле ему не откажешь, — губы Родрика растянулись в надменной улыбке, а Морган окончательно осознала, что достучаться до него со своими опасениями не удастся. Они с Дэниэлом молча покинули кабинет, Морган — еще более встревоженная, чем до визита к декану.
— Мы можем попытаться помочь им, — рассуждая вслух, произнесла Морган, но тут же покачала головой, отметая эту идею. — Самим не справиться, придется собрать магов и пойти против Родрика, а это плохо даже в случае удачи.
— Он прав, — глухо проговорил Дэниэл за ее спиной, о котором она совершенно забыла.
— Прав? Может быть. Но что, если он ошибается? — развернулась к нему Морган.
— Мы не можем помогать черной школе. Не должны.
— Жизнь всегда вынуждает идти на компромиссы, — наставница с жалостью посмотрела на ученика.
— Эти компромиссы предают то, во что мы верим. Если бы белая школа не мирилась так долго с его существованием, а покончила с пожирателем, вместо того, чтобы изучать его год за годом…
— Вот так просто, да? Ты думаешь, мы не пытались?
— Значит, пытались плохо, потому что все заняты своими компромиссами.
— А ты стал таким идеалистом до или после того, как расстался с Бали? — ужалила его Морган, и Дэниэл побледенел, как полотно.
— Я не знал, — голос его стал чужим и далеким. Он решительно развернулся и пошел прочь, а Морган отчетливо поняла, что потеряла его, но неожиданно испытала облегчение, потому что искренний и веселый парень в нем умер приблизительно с тех пор, как родился циничный и амбициозный, под стать Родрику.
— Что происходит? — Руфус налетел на нее внезапно и неотвратимо, как ураган.
— В каком смысле? — попыталась сыграть с ним в любимую игру декана Морган.
— Что происходит в черной школе? — Руфус был смертельно сереьзен и определенно настроен получить ответ. — Они схватили Майкла?
— Если бы, — сдалась Морган, махнув на все рукой. — Скорее, он их схватил.