В тот вечер она девять раз выходила на бис. Она не скупилась исполнить несколько вещей сверх программы, чтобы порадовать своих фанатов. Всем понравилась ее новая песня, которую она написала для Тома. Она называлась «Когда я нашла тебя», и в ней говорилось о первых днях, которые они провели вместе в Сан-Франциско. Она пела про мост, пляж и про землетрясение, которое потрясло ее сердце. Он с восторгом слушал ее, а у Нэнси глаза были полны слез.
– Это про тебя? – шепотом спросила она. Он кивнул, и она потрясенно покачала головой. Как бы у них ни сложились отношения в будущем, начались они, словно выстрел ракеты в космос, и пока не было видно, чтобы ее скорость снижалась.
Когда концерт закончился, они пришли к Мелани в гримерную. Теперь тут толпился народ, жаждущий поздравить ее, повсюду были фотокорреспонденты, ее помощница, мать, друзья, певцы из группы разогрева. Том и Нэнси были смяты толпой. Позже они пошли ужинать в «Спаго», однако немного опоздали, так как не смогли быстро добраться туда. Вольфганг Рак собственноручно приготовил для них ужин.
После ужина Том и Нэнси вернулись в Пасадену. Перед отъездом он поцеловал Мелани. Он пообещал ей приехать к ней утром, и после этого все разошлись. Ночь выдалась длинной. На улице ее ожидал безразмерный длиннющий белый лимузин. Выглядело это не очень скромно, но это требовало ее положение. Такой он ее еще никогда не видел. Он знал домашнюю Мелани, но вынужден был признаться, что это тоже было забавно.
Он позвонил ей на сотовый сразу после того, как она добралась до дома, и еще раз выразил свой восторг. Он стал ее преданным фанатом! И причиной было не то, что она посвятила ему песню, а ее голос, манера и искренность пения – а песня стала для него особым свидетельством ее к нему отношения. Он чувствовал себя так, словно ему вручили приз «Грэмми».
– Утром приеду тебя навестить, – пообещал он. Через неделю она уезжала в Вегас.
– Когда приедешь, почитаем отзывы. Это самое неприятное для меня. Они всегда находят, к чему прицепиться.
– Не представляю, как им удастся на этот раз.
– Найдут! – убежденно констатировала она. – И при этом будут испытывать особое удовольствие. – Ей казалось, что зачастую нелестные отзывы звучали не по конкретным профессиональным поводам, а из мелочной суеты, в угоду тем, кого раздражали ее успехи, потому что те же детали в других отзывах подавались как выигрышные. Трудно было свести концы с концами в калейдоскопе мнений, и не так легко было определить, кто пишет бескорыстно, а кто преследует некую выгоду, служа чьим-то нечистым интересам. Однако критика ранила в любом случае, даже если она уже и привыкла к этому. Обидно было всегда. Мать и Пэм прятали от нее слишком уж грубые высказывания, что случалось тоже нередко.
Приехав к ней на следующее утро, он увидел на столе в кухне кипу газет.
– Пока хорошие, – шепнула она Тому, когда мать передавала ей очередную газету. Лица у обеих были довольные.
– Им понравились новые песни, – сообщила Джанет и холодно улыбнулась Тому. Даже она вынуждена была признать, что песня, посвященная ему, стала несомненной удачей репертуара ее дочери.
В целом отзывы радовали. Концерт стал большим событием, а это сулило успех предстоящему турне и концерту в Вегасе, не такому грандиозному, как в Голливуд-Баул, но на который все билеты тоже уже были распроданы.
– Ну и что вы, детки, намерены сегодня делать? – спросила Джанет, сияя так, словно это она дала концерт прошлой ночью. Впервые она включила Тома в свой вопрос. Что-то сдвинулось с мертвой точки. Может быть, она просто была в хорошем настроении или наконец убедилась, что Том не помеха карьере Мелани, а просто счастлив смотреть ее выступления и поддерживать все, что она делает.
– Я просто хочу отдохнуть, – сказала Мелани. На следующий день ей снова надо было быть в студии записи. А еще через день начинались репетиции по подготовке к шоу в Вегасе. – Какие у тебя планы, мам?
– Пройдусь по магазинам на Родео, – потянулась та, потирая спину. Ничто не делало ее столь счастливой, как выступления Мелани перед огромным залом и блистательные отзывы в прессе на следующий день, и теперь она готова была расслабиться.
Она оставила их одних, на этот раз с довольным лицом, и ушла, даже не хлопнув дверью, что очень удивило Тома.
– Думаю, срок твоей инициации скоро может завершиться, – вздохнув, подытожила Мелани. – Во всяком случае, теперь, должно быть, она решила, что ты не опасен.
– Так оно и есть, Мел. Мне очень нравится то, что ты делаешь. Прошлой ночью я в этом убедился. Я наблюдал за тобой и не мог поверить, что это ты… Я чуть не умер от накала переживаний.