Тоби, стоя у развалин въездных ворот, увидел острые языки пламени и следом стену огня, очёртившую высокие трубы Старого дома. Его солдаты ошеломлённо уставились на пламя, и тут же к грохоту взрывающего пороха добавился громкий стук копыт. Тоби развернулся.
— Следить за флангом! Целься!
Красномундирники вылетели из темноты, на ходу разворачивая лошадей и наставляя пистолеты на защитников. Большая часть нападающих пришла с западной стороны, мушкеты выплевывали огонь надо рвом, но в свете пожара Тоби увидел огромную массу неприятеля, движущегося к башне и кухонному саду.
Он понял, большая часть защитников там будет убита или ранена
— Сержант!
— Сэр?
— Оставайся со своими людьми здесь. Остальные за мной!
Эбенизер Слайт ликовал, когда увидел, что вражеский склад пороха уничтожил сторожевую башню. Именно за это он молился! Лорд Ателдин отверг предложение сделать подкоп где-нибудь под стенами замка. Это неблагородный способ сражения, сказал он, в таком случае гарнизон нужно предупредить о взрыве и дать время всем покинуть прилегающий район. Эбенизер не был так щепетилен. Это было Божье мщение, на землю пришла могущественная рука Всемогущего, и он внезапно почувствовал неожиданное возбуждение, когда смертоносные куски рассыпающейся башни косили все вокруг и несли смерть в Лазен Касл. Истинный Бог велик!
Впереди несли Парламентские знамёна. Раздавались радостные крики. Пламя отражалось на мечах, копьях и шлемах. Флаги с нанесенными словами Священного писания продвигались впереди толпы. Эбенизер улыбнулся Сэмюэлу Скэммеллу и громко сказал. — В битве Господь всемогущ!
— Правда и ещё раз правда. Скэммелл сглотнул комок в горле, с трудом веря, глядя на ужасающую яму, изрыгающую пламя и дым в небо. — Аминь.
Первые ряды круглоголовых прошли сквозь старые проломы на кухонный сад, повернув направо на штурм Старого дома, и Эбенизер пришпорил своего коня.
— Ну, вперёд, брат Скэммелл. Теперь мы будем обладать собственностью твоей невесты.
Скэммелл, спотыкаясь, двигался вперёд, в темноте неуклюже передвигая ногами. Меч неловко болтался сбоку, мешая идти. Они шли вперёд в направлении криков и стального кольца сражения.
Полковник Вашингтон ослеп, каменные осколки попали ему глаза и сделали его беспомощным. Он сидел с залитым кровью лицом и прислушивался к грохоту вражеских ног на дворе.
Тоби, ворвавшись внутрь через Старый дом, встретил своего первого врага в умывальной. Тоби чувствовал Лазен, также как его мать. Это был очаг, гнездо Лазендеров, и ярость придавала ему огромную силу. Один человек, другой рухнул под его мечом, сброшен на низкие каменные лохани, где стиралось белье замка. Джеймс Райт рядом с ним, молча, нещадно убил топором двоих мужчин.
— Лазендер! Лазендер! — проревел Тоби воинственный клич, ведя своих людей на пылающий двор. Обрывками он увидел побоище, вызванное взрывом, дом с поврежденный каменной кладкой, и тут же закружился, ошеломлённый натиском круглоголовых. Близко к нему был флаг с надписью из Книги Иеремии: «Поразит их острием меча». Тоби поразил. Он заревел от гнева и ненависти и разрубил знаменосца пополам, воткнул меч в живот офицеру, пытавшемуся подхватить падающий флаг. Джемс Райт был рядом с ним, топор кружился в свете пламени, заставляя отступать врагов назад.
— Лазендер! Лазендер!
На помощь неприятелю подоспели остроконечные копья, пятнадцатифутовое оружие обеспечило преимущество круглоголовым, а Тоби охватило бессилие перед металлическими наконечниками. Не успев сокрушить одно, как перед ним появлялось другое, устремляясь вперёд.
— Назад, Тоби! — Джеймс Райт позабыл о чинах, помня только их отрочество у реки и в лесу. — Назад!
— Проклятье! — он орудовал мечом, слыша звон клинка на металле копья, видя приближение других, а потом Тоби увидел вспышку мушкета из рядов неприятеля.
Казалось, его обожгло огнем, такая была боль, и эхо звенящих лезвий в ушах усилилось до визга. Он уронил меч. От боли его зашатало взад — вперёд, и копья звенели над ним. Он упал. Джеймс Райт пытался его поднять, оттащить назад, но круглоголовые наступали и огромный мужчина перед копьями отступил назад, выискивая безопасное место в заполненных комнатах Старого дома.