— Выше нос, милая, — миссис Свон поправила воротник Смолевки. — Ты ей понравишься. Не может быть, чтобы не понравилась.
Достаточно откровенно Тоби сказал, что для Смолевки лучше всего, если леди Маргарет увлечется ею, как она достаточно регулярно и с азартом придумывает новые увлечения, хотя они продолжаются недолго.
Смеясь, Тоби, рассказывал об этих увлечениях и о хаосе, который они вызывали в жизни Лазена. Некоторые были достаточно безобидные, например период сонетов, которыми увлеклась леди Маргарет, сопровождался единственно большим количеством стихов и запачканным чернилами мозаичным столом. А увлечение драмой, говорил Тоби, даже способствовало привлечению в замок нескольких отличных актеров и музыкантов.
Только один раз сэр Джордж решительно воспротивился против её действий, и это было, когда леди Маргарет с непреодолимым желанием задумала стать таксидермистом. Она написала человеку, занимающимся этим ремеслом в Бристоле, с требованием рассказать ей секреты этого процесса, но Тоби подозревал, что ремесленник не стал раскрывать секреты, а дал леди Маргарет ложные инструкции.
В течение всего лета леди Маргарет сокращала куриное население замка, до смерти бинтуя цыплят, но, что бы она ни делала, набитые тушки цыплят все равно становились зловонными и ужасно уродливыми. Длинная галерея стала почти необитаемой, в ней постоянно стоял невыветриваемый ужасный запах, но леди Маргарет неизменно продолжала вскрывать трупы куриц и заменять их внутренности смесью собственного приготовления, состоящей из опилок и штукатурки. Каждый столик в галерее, вспоминал Тоби, был обжит странными омерзительными цыплятами; существами, жутко напоминающие обвисшие комковатые покрытые перьями пузыри с болтающимися головами. В конце концов, их всех сожгли, все кроме одного особенного экземпляра, который Тоби хранил в закрытом шкафу в сторожевой башне.
Открылась позолоченная, обитая панелями дверь длинной галереи. В дверях, улыбаясь, стоял Тоби, но его лицо не выражало, что выяснилось в получасовом разговоре с матерью.
— Миссис Свон? Я провожу вас отдохнуть с дороги. Надо подкрепиться, — он улыбнулся Смолевке. — Тебя сейчас позовут. Он махнул внутрь коридора.
— Сейчас?
— Да. Не волнуйся.
Приказ был невыполним. Её волнение росло по мере того, пока она проходила мимо Тоби, пока он закрывал за ней дверь. Войдя, она очутилась в комнате роскошного великолепия. Комната простиралась на всю длину Нового дома, широкие окна смотрели на юг в лазеновскую долину, белые занавеси колыхались от легкого ветерка. Огромное впечатление произвели на Смолевку дорогие столы и стулья, скамьи и сундуки, ковёр во всю длину двухсотфутовой комнаты, картины на белой стене напротив окон и ещё больше росписи на потолке. Быстрое ошеломляющее впечатление, поскольку в следующее мгновение она увидела мать Тоби, стоящую посередине комнаты и смотрящую на неё.
— Как мне называть тебя? Мисс Слайт, миссис Скэммелл, Доркас или Смолевкой? Кажется, для простой девушки у тебя слишком много имен. Иди сюда.
Смолевка ступила на богатый ковёр, чувствуя, что именно так она представляла себе своё шествие по кристальному полу к величайшему трону в Судный день.
— Поближе, девочка, поближе! Я не собираюсь тебя есть!
Смолевка остановилась возле леди Маргарет, наклонившись в неловком реверансе. Она только раз быстро взглянула на мать Тоби, высокую седоволосую леди с властным, повелительным лицом, и опустила глаза. Несколько секунд леди Маргарет изучала её.
— Итак, ты та самая девушка, из-за которой мой сын сжёг половину Лондона.
— Да, мэм, — прозвучал ответ.
— Меня зовут леди Маргарет. Мы пока ещё не установили твое имя, но, безусловно, выберем какое-нибудь, — леди Маргарет неодобрительно фыркнула. — Три предприятия уничтожено, двенадцать домов сгорело дотла, и два человека погибло. Ты знала это?
— Да, мэм, леди Маргарет, — новости настигли Тоби и Смолевку за день до прибытия в Лазен.
Леди Маргарет снова фыркнула.
— Кажется, что помимо человека, которого убил мой сын, умер ещё и священник. Человек со странным именем Мистер Умеренность Болсби. Полагаю, это он проводил ваше венчание?
— Да, леди Маргарет.
— Дай мне посмотреть на тебя, дитя! Если ты уставилась в пол, вряд ли ты ожидаешь, чтобы я ползала, чтобы увидеть твое лицо. Подбородок вверх! Выше! И смотри на меня. Я не такая старая и страшная, что ты превратишься камень.
Резкий властный голос подходил женщине, которую Смолевка видела перед собой. Маргарет была высокой, с орлиным носом и голубыми глазами, смотрящими на мир с выражением пытливого вызова. Тоби унаследовал от матери твердую линию рта и также от неё высокий рост и стройное телосложение. Конечно же, она была далеко не безобразная и старая. Смолевка знала, что леди Маргарет оставалось два года до пятидесяти, но, если не принимать во внимание седые волосы, ей можно было бы дать на десять лет меньше.