Веларму оперировали уже более двух часов. Со Джун не находил себе места, преодолевая больничный коридор снова и снова.
— Тебе стоит уйти, Джун, — остановил его метания Райан, коснувшись легонько его плеча.
— Я вашего совета не спрашивал. Я даже не знаю, кто вы на самом то деле, — бросил он с тенью обиды и презрения, оглядев криминалиста с ног до головы.
— Я надеюсь, что её успеют прооперировать прежде, чем её затянет домой, но всё же она испарится…А тебе как детективу придётся это объяснять, — констатировал он шепотом.
— Мне плевать, — бросил детектив и рухнул на скамью возле палаты, зарывшись пальцами в волосы. Горящая красным надпись « Идёт операция» внезапно потухла. А вместе с этим сердце Со Джуна опустилось в пятки, и он подскочил.
Две минуты, пять, семь…Терпение кончалось. Наконец из операционной вышел врач, снимая медицинскую маску и перчатки.
— Как она, доктор? — подлетел к нему Райан. Со Джун отчего-то не решался сделать шаг ближе.
— Мы изъяли пулю, жизненно важные органы не задеты, но пациентка потеряла много крови…Надо бы сделать переливание, чтобы избежать последствий. Вы знаете её группу крови?
Райан переглянулся с Со Джуном.
— Нет, к сожалению, мы не знаем.
— А родные? Есть кому позвонить?
— Нет…
— Тогда отправим пробирку в лабораторию, чтобы уточнить.
— Да, спасибо…Она скоро придёт в себя?
— Не могу сказать…Главное, чтобы не было гипоксической комы. Поэтому важно сделать переливание скорее.
— А без него что будет? — встрял взвинчено детектив.
— Всё зависит от её организма. Прогнозы тут излишне.
Как только врач покинул коридор, Со Джун чуть не набросился на криминалиста с вопросами. До этого его не волновали лишние откровения.
— Ей вообще подойдёт человеческая кровь? Вы сказали, что она родилась здесь? Это правда?!
— Тш! — шикнул Райан, оглядываясь по сторонам. — Нам стоит подышать свежим воздухом.
Со Джуну точно было необходимо проветрить мысли. Он кивнул, и бросив взгляд на реанимацию, направился быстрым шагом к выходу. Покинув двери больницы, его встретил холодный ветер и тучи, которые отлично передавали его настроение. Не хватало лишь грозы на фоне. У частной клиники была внушительная зеленная территория в виде парка. Со Джун встал под массивным деревом и сложил руки на пояс, разглядывая неприветливое тёмное небо.
Райан последовал его примеру и поравнялся с ним, вдыхая прохладный воздух.
— Она не знала ничего, да? — заговорил Со Джун, не отвлекаясь от туч.
— Да. Я думал, так будет проще…Она не совсем демон и не обычный человек, и я не знал, что стоит ожидать от её взросления.
— Кто вы ? Вы принесли её с Земли ? Она что, была чьей-то сделкой?
— Она…моя дочь, — с тяжелым выдохом, ошарашил он детектива. Со Джун резко развернулся к нему.
— Что? Но…как?! Вы же почти ровес…— не договорил он, осознав, что скорее всего демоны не подвластны законам природы и их мира. — Вы…демон?
— Был.
— Как это? От этого разве можно избавиться?!
— Всё сложно. Даже не пытайся понять. Могу сказать лишь одно…Я её отец, а её мать была человеком, но погибла при родах. И я не нашёл ничего лучше, чем забрать её домой, особенно, когда увидел в её зелёных глазах красный проблеск. Я понимал, что она не совсем человек…Точнее не полностью.
Со Джун не знал, что и сказать. Эта новость страшила, но одновременно принесла некое облегчение. Ведь он видел, как Веларма мечется из-за своего якобы ненастоящего происхождения.
— И что делать с кровью? Если она наполовину человек? Поможет ли ей человеческая кровь?
— Я не знаю…Я ничего не знаю…— твердил бывший демон, устремив взгляд в землю.
***
Веларма распахнула глаза и приподнялась, словно запрограммированная, но резкая боль тут же отдала в бок. Она огляделась. Её встретили стены уже почти родной комнаты, а не больничные пожелтевшие. Только вот оставалась она в больничной пижаме, а с вены, где стоял катетер, текла тонкая струйка крови.
— Меня…отвезли в больницу? — пыталась восстановить она события, и воспоминания из мутных становились всё чётче. И вот последние слова Фо прозвучали в голове гулким эхом.
«Ты родилась на Земле…мле…ле…»
— Нет…этого не может быть, — произнесла она тихо. Внутри бушевали эмоции, но она не смогла выдавить ни одной. Сложно было принять столь желанную и в то же время столь обидную правду. Ведь если бы это было истиной, ей должны были сказать. Не могли же скрывать от неё всю жизнь её происхождение?
— Могли…— подытожила она вслух и рассмеялась. От горечи обиды по щеке стекла солёная капля. Ей захотелось немедленно ворваться в кабинет псевдо-создателя и спросить напрямую. Но всё же быстро встать не получилось, а при движении из раны сочилась кровь, оставляя алое пятно на светлой рубашке.